Регистрация, после которой вы сможете:

Писать комментарии
и сообщения, а также вести блог

Ставить прогнозы
и выигрывать

Быть участником
фан-зоны

Зарегистрироваться Это займет 30 секунд, мы проверяли
Вход

Шандор ВАРГА: «Милевский и Алиев должны Бога благодарить за то, что послал им Сёмина»

2009-07-03 11:06 Агент многих футбольных суперзвезд подыскивает выгодные предложения для Олега Блохина, а Сергей Ребров при посредничестве Варги ушел ... Шандор ВАРГА: «Милевский и Алиев должны Бога благодарить за то, что послал им Сёмина»

Агент многих футбольных суперзвезд подыскивает выгодные предложения для Олега Блохина, а Сергей Ребров при посредничестве Варги ушел из казанского «Рубина» и заключил контракт с киевским «Арсеналом».

В футбольном мире хорошо известно высказывание знаменитого английского тренера Бобби Робсона: «Агенты — это паразиты футбола». Никто такую характеристику не оспаривает, включая одного из лучших агентов Шандора Варгу. На чемпионате мира в Германии в 2006 году основу сборной Украины составили именно его клиенты — Шовковский, Ребров, Ротань, Гусев, Русол, Езерский, Гусин, Назаренко. Сейчас под его опекой 15 человек, среди них тренеры — Олег Блохин и Олег Лужный.

На счету Шандора Варги немало успешных операций по переходу игрока из одного клуба в другой. Он отправил Сергея Реброва в английский «Тоттенхэм», а Олега Лужного устроил в лондонский «Арсенал», работал с легендарными Христо Стоичковым и Дино Дзоффом, с Юрием Калитвинцевым (переход в турецкий «Трабзонспор»), с Андреем Канчельскисом (переход в «Манчестер Юнайтед»), с Сергеем Алейниковым (трансфер минское «Динамо» — итальянский «Ювентус»).

Родился Шандор Варга в Закарпатье. Окончил Московский институт физкультуры. Работал в Управлении футбола СССР, входил в состав знаменитой комплексно-научной группы. Помогал Валерию Лобановскому, Анатолию Бышовцу, Борису Игнатьеву, Эдуарду Малофееву. Был помощником главного тренера сборной Венгрии, вторым тренером клуба «Аль-Иттихад» в Саудовской Аравии.

А в 96-м окончательно определился в своем призвании: стал агентом ФИФА, причем лицензию ему вручал лично президент Йозеф Блаттер. Кредо одного из успешных агентов мира: «Очень хорошо быть важным, но гораздо важнее быть хорошим».

«Это ненормально, когда хирург получает в тысячу раз меньше, чем футболист»

- Шандор, мы должны были пообщаться еще полтора года назад. Помнишь, в день встречи я позвонил тебе, а ты говоришь: «У меня для тебя плохая новость — я в аэропорту. Неожиданно вызвали в Бразилию. Такова жизнь агента 001: нельзя ничего планировать больше чем на два дня. Даже день рождения ребенка не могу отметить». — «Класс! — воскликнул  я. — Какая жизнь!». А ты: «Это раньше был класс, а сейчас это ужас!». Что, действительно «ужас»?

- Да, да! Ездить на длинные дистанции надоело. Единственное место, куда я приезжаю с удовольствием, — это Вышково в Закарпатье, где живут мои мама и сестра. А поездки туда, где совершаются большие футбольные события (побывать на которых мечтают болельщики, например, финал Лиги чемпионов или матч испанских грандов «Барселона» — «Реал»), уже не радуют. У меня таких матчей было много. Хочется больше времени проводить с семьей, хотя сейчас это очень трудно.

- Почему?

- Моя семья разбросана. Старшая дочь Виктория, окончив с отличием один из лучших университетов мира в Кембридже, работает в большом престижном банке в Лондоне. Младшая, Каролина, тоже учится в прославленном британском вузе — университете Уорика. Жена сейчас находится в Москве. Ее главное занятие — собрать нас вместе, в кучу, а это непросто. Допустим, я звоню Вике: «Лечу в Лондон. Мы увидимся?». — «Не увидимся, папа. Потому что нет времени на тебя» (смеется).

Сейчас в мире финансовый кризис. Но у банка, где работает дочь, дела идут хорошо. Вике приходится работать и по воскресеньям. В Лондоне, к примеру, 12 часов ночи, а в Токио в восемь утра открываются биржи — надо реагировать.

- Как мировой кризис отражается на футболе?

- Футбол выше всех кризисов и всяких проблем. Он имеет большую объединяющую силу. Появление сборной Украины на чемпионате мира — симпатичные ребята, симпатичная игра, национальный флаг на трибунах! — принесло стране больше имиджа и позитива, чем работа всех политиков за годы ее независимости.

К футболу приклеиваются люди, которым нужна только выгода, и кризис очистит его от разного мусора. Ведь это же сумасшедший бизнес! Ты ж видишь, какие деньги крутятся в футболе.

Те, кто любят футбол, все равно будут ходить на него. 6 декабря 75-го года я впервые в своей жизни попал на переполненный Республиканский стадион в Киеве (102 тысячи болельщиков присутствовало!), когда в матче за Суперкубок играли «Динамо» и «Бавария» (Мюнхен). Попал чудом: видно, уже тогда проявились мои какие-то менеджерские качества.

Впервые увидел Олега Блохина, который забил два гола. И видишь, в конце концов, он стал моим клиентом. Олег потом удивлялся: «Как же ты билет достал? Я уже не мог» (смеется). Какие тогда у игроков «Динамо» были зарплаты? Если сравнить с нынешними, то в 100 раз меньше. А в футбол все равно играли!

- Ведутся разговоры о том, что футболистам надо зарплаты уменьшить: слишком уж зашкаливают…

- Если придется, то, конечно, уменьшат. Это же ненормально, что хирург, который каждый день спасает жизнь людям, получает в 200, в тысячу раз меньше, чем футболист, который бьет по мячу.

Понятно, это шоу-бизнес, и не футболисты создали такую ситуацию. Знаю: многие игроки открывают фонды, занимаются благотворительностью, помогают другим. Потому что вроде бы должно быть стыдно за то, что тебе — хочешь не хочешь — платят такую зарплату, когда люди вокруг бедствуют. Тебе же в «Реале» или в «Динамо» не дадут 200 долларов, правильно?

- Если урежут зарплату игрокам, то и у агентов она снизится…

- Ну и что? Я этого не боюсь. От голода не умрем. Двумя ложками все равно не будешь кушать. У меня бывали ситуации, когда я понимал: мог бы получить больше. Но мог бы иметь и меньше. У моей мамы пенсия — 20 долларов. Слава Богу, что я могу ей помогать.

- Можешь сказать, какой самый большой гонорар получил?

- Это было, когда я устраивал переход Сергея Реброва из киевского «Динамо» в «Тоттенхэм». Процесс был очень сложный. «Динамо» хотело получить за него 12 миллионов фунтов (почти 20 миллионов долларов), а владелец английского клуба Алан Шугар настаивал на 10 миллионах. Переговоры срывались. И тут мне на глаза попалась Сережина фотография: изображение со спины с номером 11. «Вот, — говорю, — сумма сделки. Это знак!». Шугар, как ни странно, сразу согласился: «Ладно, пусть будет 11».

Сумма меняется, и проценты тоже. Например, за восемь дней выступления моего клиента Христо Стоичкова за саудовский клуб «Аль-Насар» (в 98-м году на Кубке кубков Азии) он получил 300 тысяч долларов и «роллс-ройс». А как-то я устраивал одного венгерского вратаря в Голландии. Его клуб хотел получить за него смешную сумму — 300 тысяч долларов. А голландский клуб готов был дать три миллиона. Так что я заработал 70 процентов вместо 10-ти. Ну, конечно, пришлось поделиться с теми, кто мне помогал.

«Андрей Шевченко не был готов к выступлению на чемпионате мира, но у него есть шанс выйти на прежний высокий уровень»

- Андрей Шевченко хотел, чтобы ты был его агентом, но ты отказался. Много потерял на этом?

- Не было так, как ты говоришь: он предложил, а я отказался. Был всего лишь предварительный разговор. Я в то время жил на юге Франции, а он играл в «Милане», и я к нему часто ездил. У него тогда был небольшой кризис в команде: там танцевали вокруг бразильца Кака, и его начали несправедливо зажимать. Я пару раз с ним беседовал, пытался помочь.

Андрей это достойно оценил. Я стал ближе к нему. Он меня приглашал на свой день рождения. Когда Шевченко приехал в Лондон, мы с дочкой гостили у него, познакомились с его семьей, с мамой и сестрой. Он ко мне обращался во многих ситуациях, когда ему надо было принять какое-то решение. Так что я не думаю, что не став его агентом, что-то потерял. Чисто по-человечески — только приобрел.

- Когда Шевченко собирался перейти в «Челси», он советовался с тобой?

- Да. Я сказал ему, что это будет правильный шаг: «Если ты хочешь поиграть в лучшем чемпионате мира, то это, конечно, премьер-лига Англии». Я знал, что в «Челси», еще до прихода Абрамовича, шла определенная подготовка к тому, чтобы из средних команд выбиться в большие.

- И что с ним теперь творится?

- Считаю, что после той травмы, которую он получил в «Милане» перед чемпионатом мира, он так и не смог обрести отличную форму, которая у него была раньше. На мой взгляд, Андрей не был готов к выступлению на чемпионате мира, но отказаться от игры за сборную было тяжело и невозможно. Однако я убежден, что у него еще есть шанс выйти на прежний высокий уровень.

- На каких условиях ты работаешь с футболистами?

- Ни с кем не подписываю никаких бумаг — мне так больше нравится. Если я приду, допустим, к Алексу Фергюсону и скажу, что представляю интересы какого-то игрока, он не попросит у меня контракт или лицензию, потому что хорошо меня знает, и мы можем спокойно работать. Отношения должны быть очень доверительными. Игрок сам должен решить, нужен я ему или нет. Когда нет бумаг, проще отказаться от моих услуг, просто позвонить и сказать: «Шандор, извини, мне подходит другой человек».

Обычно агенты работают на 10-процентных условиях, но я из этого никогда не делаю проблемы. Если игроку понятно, что я действительно полезен в его жизни, он будет мне платить. И совесть не позволит думать: «Ну и хрен этому дураку, не получит он ничего!».

- Клиенты тебя никогда не подводили? Никто не уклонялся от вознаграждения за услуги?

- Слава Богу, ребята у меня хорошие. Я очень доволен ими и, как поется в песне, «надеюсь, что это взаимно». Когда тебя поздравляют мамы, жены игроков, просят, чтобы ты стал крестником их ребенка, чувствуешь, что твои дела идут нормально. А это для меня превыше всего. Контрактом ведь не купишь человеческих отношений, правильно?

Я своим игрокам говорю: когда приходит агент и заявляет, что ему от тебя ничего не надо, он, мол, получит свое, когда устроит тебя в клубе, — от этого агента надо сразу бежать. Потому что он работает не на тебя, а на клуб. Какой у тебя контракт, его не интересует. А меня это волнует, потому что чем лучше контракт, тем больше я получу. К сожалению, не все игроки это понимают. И тогда подтверждается поговорка: в семье было три мальчика — два умных, а третий — футболист (смеется).

- Есть среди футболистов интеллектуалы?

- Могу назвать Сергея Алейникова. Это мой первый игрок, которого я, еще не будучи агентом, устроил в «Ювентус». Он прекрасно играет в шахматы. Как-то мы с ним зашли в одну итальянскую редакцию. Там журналисты сидели за шахматной доской. Предложили нам сыграть. Я отказался, а Сергей с ходу поставил мат их чемпиону. После этого обыграл весь отдел.

Другой мой клиент Андрей Канчельскис, который, по признанию Фергюсона, был лучшим правым хавом в «Манчестер Юнайтед» (и это в компании Дэвида Бэкхема, Криштиану Роналду!), тоже был хорошим шахматистом. Когда он уже не особенно играл, я его устраивал в саудовский клуб «Аль-Хилал». Принц, владелец клуба, спрашивает: «Он может приехать на просмотр?». Я говорю: «Он игрок „Манчестера“, какой просмотр?».

Но Андрей согласился, прилетел туда. Через пару дней спрашиваю принца: «Как проходит просмотр?». Тот говорит: «Я не знаю, как он в футбол играет, но он меня уже два раза обыграл в шахматы. А меня весь королевский двор не мог одолеть. Так что я его беру!».

- Это правда или анекдот, что в Саудовской Аравии только за забитый гол футболист может получить от шейха суперавтомобиль?

- Был такой уникальный случай. За один сезон футболист Исмаил Хакками получил от благодарных шейхов 12 или 13 машин, среди них — «бентли», «роллс-ройс»… Но тогда еще в Саудовской Аравии не было профессионального футбола и соответствующих зарплат.

«Гарантированной зарплаты быть не может, работа агента — это риск, и многие банкротятся»

- Золотой пример из твоей практики, когда ты организовывал трансфер Олега Лужного из киевского «Динамо» в лондонский «Арсенал». Сильно рисковал?

- Олегу шел 32-й год. В то время пожилых игроков в футболе почти не было, и надо было как-то Лужного устроить. «Динамо» напрягало разных агентов, многие за это брались, но ничего не получалось. Я занимался его трудоустройством полгода. Потратил на поездки, на проживание в гостиницах, на разговоры по телефону где-то 50 тысяч долларов. Хорошо, что контракт, в конце концов, был подписан…

- В этом случае немалые затраты оправдались. А было так, что все усилия заканчивались ничем и деньги улетали на ветер?

- Да. Конкретный пример — Сергей Нагорняк. Опять же я потратил на него примерно полгода, но дело не состоялось. Помочь ему я не смог.

- Материальные потери?

- Как минимум, 30 тысяч долларов.

- Не такая уж, оказывается, профессия агента халявная, как считают некоторые…

- Гарантированной зарплаты не может быть, понимаешь? Это риск, и очень многие агенты банкротятся, но число их все равно растет: сейчас агентов уже две тысячи!

- Чувствуешь ли ты свою вину, свою ответственность за то, что у Олега Блохина не получилось в России, где он тренировал «Москву»?

- Да, чувствую. Проморгал ситуацию, ведь сначала все шло просто супер! Может быть, я должен был чаще приезжать, общаться ближе с Олегом, с командой. Тем более что там поначалу среди футболистов были мои клиенты — Бронислав Крунич, Петя Быстров, Юра Жирков. А я как-то расслабился, потому что когда встретились Олег и президент клуба Юрий Белоус, между ними возникла большая симпатия. Потом оказалось, что между ними наступил определенный разлад. В конце концов, ушло много игроков, покинул клуб президент, сменились владельцы, и с Олегом контракт решили прекратить.

- Многие предрекали, что Олег Блохин будет не только продолжать тренировать сборную Украины (это вообще казалось очевидным), но и возглавит киевское «Динамо»…

- В принципе, было бы логичным, если бы такой легендарный футболист стал в один прекрасный день тренировать родную команду. Логичным было бы и то, что самый успешный тренер сборной Украины остался бы на этом посту.

У меня очень близкие отношения с Григорием Суркисом и с Игорем Суркисом. Я ощущал готовность со стороны Григория Михайловича продлить контракт Олега со сборной, а со стороны Игоря Михайловича — пригласить его в «Динамо», но это все было как-то неопределенно. А когда возник альянс с «Москвой» и поступили конкретные предложения, Олег быстро принял решение. Так что я не мог влиять на события.

- Шандор, ты веришь, что Блохин когда-нибудь вернется в сборную или возглавит киевское «Динамо»?

- Как выражаются англичане: «Никогда не говори „никогда“. В футболе все может измениться в один день. Мой друг Валерий Газзаев ушел из ЦСКА, а потом резко вернулся.

- Причем в киевское „Динамо“… А какая сейчас ситуация у Блохина?

- Я недавно с ним разговаривал. У него маленькие дети, он может наконец побыть в кругу семьи. Никакой особой паники нет. Олег хочет получить достойное, приличное предложение. Мы общаемся с двумя-тремя командами и с некоторыми сборными, ведем предварительные переговоры, но пока ничего конкретного. Это связано с тем, что многие сборные участвуют в отборочном цикле чемпионата мира, все ждут, чем все кончится.

«Когда я работал в Саудовской Аравии, игроки говорили мне: «Не примешь ислам — не попадешь в рай»

- Беспокоит судьба еще одного твоего клиента — Александра Шовковского. Как можно вратарю такого уровня не играть столь длительное время?

- Тут довольно-таки непростая ситуация, двоякая. С одной стороны, он провел в «Динамо» 15 лет, к нему с уважением относилось руководство клуба. У Саши есть понимание того, что Богуш действительно проявил себя хорошо и нет причин его менять, а с другой стороны, тоже хочется играть, быть востребованным. Саша всегда был номером один и не привык быть вторым. Естественно, он переживает.

- Чем был хорош Юрий Семин? Удивительно, что он за такой короткий срок сумел сколотить и сплотить команду…

- Семин хорош, во-первых, тем, что верующий и очень правильный человек. В наше время такие люди почти что вымерли. Я помню, когда он приезжал ко мне в гости, то первым делом всегда интересовался, где находится православная церковь, и ходил туда молиться. И все это всерьез, по-настоящему. Иисус прощал, и он прощает. Милевский и Алиев должны благодарить Бога за то, что послал им Юрия Семина, что они продолжают играть в «Динамо». Другие тренеры их бы давно прогнали.

А во-вторых, профессиональные тренерские качества Юрия Павловича. Я общался с Алексом Фергюсоном, с Арсеном Венгером, с Марчелло Липпи… Юрий Семин — на их уровне.

- Ты работал с Валерием Лобановским. Какие у тебя о нем воспоминания?

- Самые светлые. Он тогда вместе с Бесковым и Ахалкаци готовил сборную СССР к чемпионату мира в Испании в 82-м году. Меня трогало его хорошее, доброжелательное отношение ко мне, его маленькому помощнику. Когда Валерий Васильевич вернулся в «Динамо», мы как-то встретились. Я думал, великий тренер вообще не вспомнит, кто я такой, а он протянул руку и сказал: «Шандор, здравствуй!». Мне было очень приятно.

В тренерском комитете УЕФА, где я работал, меня просили: «Мы хотели бы пообщаться с Лобановским, чтобы он поделился с нами своей уникальной философией футбола». Интерес к нему проявляли многие тренеры ведущих европейских клубов: Фергюсон, Венгер, Фабио Капелло… Но мне так и не удалось организовать эту встречу. Валерий Васильевич был довольно закрытый человек, не любил тусовок.

- Кстати, ты, я знаю, католик, а жена и дочери — православные. Это не приводит к каким-то спорам, противоречиям между вами?

- Бог дал мне возможность поездить по всему миру и узнать людей. У меня есть близкие друзья среди евреев, мусульман, христиан… И среди атеистов тоже. Кстати, моральный кодекс коммунистов, который я изучал в Московском институте физкультуры, очень похож на 10 заповедей: не убий, не укради… Общечеловеческие ценности у всех одни и те же.

- Вера помогала в каких-то конкретных случаях?

- К сожалению, я не достиг таких глубин. Но у меня были интересные моменты в Саудовской Аравии, где я провел 10 лет и где у меня сейчас есть своя компания. Я работал с клубом «Аль-Иттихад», двукратным победителем Азиатской лиги чемпионов. Игроки иногда мне говорили: «Шандор, тебе надо принять ислам». — «Почему?». — «Ты же хороший человек, не примешь ислам — не попадешь в рай».

- Забавно…

- Они переживали за меня. В религии есть объединяющая сила, чего нет у политиков, которые пытаются народы рассоединить, рассорить, развалить. Когда были разрушены два небоскреба в Манхэттене, началась война против Усамы бин Ладена. Какую газету ни откроешь, везде писали, что он — террорист номер один, устроил этот теракт.

Я тренировал в то время двух его племянников. Спрашиваю их: «Что происходит?». Они говорят: «Ты разве не знаешь, что семья бин Ладена и семья Джорджа Буша — одна корпорация?». Я недоумеваю: «Хорошо, но они же бомбят военные силы бин Ладена». — «Да, — говорят, — бомбят, но перед этим всегда — звонок, предупреждающий, в каком районе будут бомбить». Сколько лет прошло после этих событий? 10, да? Бин Ладена никто не ищет. Что, он уже ничего плохого не сделал?

И Саудовскую Аравию не бомбили. Потому что уже на 100 лет был подписан контракт на продажу нефти в Америку. В Ираке и в Иране американской нефти нет, поэтому у них проблемы. Саудовская Аравия на первом месте по нарушению прав человека. Там моя жена и дочери не имеют права прийти на стадион, сесть за руль. Если женщина выходит на улицу, надо накрывать голову. Но американцам такая демократия почему-то не мешает, поскольку нефть уже куплена. Так за что идет борьба? За демократию или за нефть?

Когда соприкасаешься не с публикациями в газетах и журналах и не с телевизионными комментариями, а с первоисточниками, то становится страшно, что мы живем в таком мире.

Про военные события в Южной Осетии разные каналы говорили совершенно противоположные вещи. Западные средства информации убеждали: великая Россия напала на Грузию. Я в это время находился на встрече европейских тренеров. Известные всему миру Алекс Фергюсон и Арсен Венгер, с которыми я дружу, зная, что я могу быть информирован чуть больше того, что сообщают СМИ, обратились ко мне за разъяснением. Я указал им на Валерия Газзаева: «Вот тут сидит осетин, спросите у него». Газзаев говорит Фергюсону и Венгеру: «Вы что, сталинисты? Сталин взял и разделил Северную Осетию и Южную, а живет там одна нация — осетинская!».

«С женой мы живем в самолетах»

- Были в работе угрожающие для жизни ситуации?

- В Рио-де-Жанейро идем с бразильским тренером Карлосом Альберто Паррейрой по улице, он внезапно говорит: «Стоп! Дальше идти нельзя». — «Что такое? Там же салют». — «Это не салют, а перестрелка. В некоторые районы города даже полиция опасается заезжать. Туда пропускают только тех, кого знают в лицо».

Когда я был в командировке в Нигерии, на стене отеля прочитал объявление, которое предупреждало, что проживание в нем опасно для жизни. Перед тем как впустить в номер служащего гостиницы, надо посмотреть в дверной глазок и убедиться, что это не бандиты.

- Кстати, где вы с женой все-таки живете?

- Это очень сложный вопрос. Наверное, в самолетах. Жена много времени проводит в Лондоне, я — в командировках.

- А ваш дом на Лазурном берегу Франции, в элитном Антибе?

- У нас есть мечта — вернуться туда. К старости тянет ближе к морю, к теплу. Мы там долго жили, и нам там нравится.

- Шандор, ты уже думаешь о старости?

- В принципе, приближаюсь к пенсионному возрасту. Я родился 5.05.55. В следующем году мне будет 55. Пятерка — моя любимая цифра.

- Ты, я слышал, любитель вина?

- Я, между прочим, не так давно тренировал сборную виноделов Венгрии. Очень серьезная команда, участвует в разных международных соревнованиях. Я действительно люблю очень хорошие вина. У нас в Венгрии (я гражданин этой страны) футбол вроде бы потерял те высоты, которые были во времена легендарного Ференца Пушкаша, но вина мы все еще умеем делать. Надо только помнить: если ты выпиваешь за ужином один-два бокала и останавливаешься, это для здоровья. А если две бутылки, то это уже пьянство.

- Шандор, напомню одно из твоих высказываний: «Футболист, как доброе вино, нуждается в хорошей выдержке». Всегда ли это так?

- Я уже не помню, почему так сказал. Вопрос о сроках выдержки вина сейчас спорный. Для белых — чем моложе, тем лучше, то есть два-три года. И есть мнение, что даже красное вино можно пить после первого, второго года. А вина, которые выдерживают от 10 до 20 лет, считаются эксклюзивными, их вообще нужно пить по 50 граммов, для аппетита.

То же самое можно сказать и о футболистах. Андрюшу Шевченко Йожеф Сабо в 17 лет выпустил в основном составе, и тот забил «Баварии» в матче Лиги чемпионов. Это был риск — ставить пацана на матч Лиги чемпионов, его не выдерживали, как вино, но это сработало. Пеле в 16 лет стал чемпионом мира. Фабрегасу 21 год, он капитан лондонского «Арсенала», уже четыре года играет за сборную Испании. А Олег Лужный попал в «Арсенал» в 31 год и провел там четыре сезона.

Тут надо разбираться: какое вино? Красное или белое? Игристое, сладкое или десертное? То есть нельзя все смешивать в одном бокале.

Михаил НАЗАРЕНКО

03.07.2009, 11:06
Топ-матчи
Лига чемпионов Байер Монако - : - 7 декабря 21:45
Брюгге Копенгаген - : - 7 декабря 21:45
Ювентус Динамо З - : - 7 декабря 21:45

Еще на эту тему

Самое интересное:

RSS
Новости
Loading...
Пополнение счета
1
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
2
Ваша карма ():
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Закрыть