Регистрация, после которой вы сможете:

Писать комментарии
и сообщения, а также вести блог

Ставить прогнозы
и выигрывать

Быть участником
фан-зоны

Зарегистрироваться Это займет 30 секунд, мы проверяли
Вход

Сергей ГРИГОРОВИЧ: «Михалик — порядочный парень, большие деньги таких не портят»

2013-06-21 13:38 С карты украинского футбола киевский ЦСКА исчез в 2009-м. Команда снялась с соревнований, однако официально армейский коллектив жив до сих ... Сергей ГРИГОРОВИЧ: «Михалик — порядочный парень, большие деньги таких не портят»

С карты украинского футбола киевский ЦСКА исчез в 2009-м. Команда снялась с соревнований, однако официально армейский коллектив жив до сих пор. Правда, только на бумаге, которые принадлежат герою этого интервью.

Сергей ГригоровичСергей Григорович

В футбольной тусовке Сергея Николаевича Григоровича называют Марадоной. Это прозвище бывший руководитель киевского ЦСКА получил от Анатолия Демьяненко. Григорович не играл в футбол на высоком уровне, хотя для армейского клуба был Марадоной, но не футболистом, а менеджером. Такой же шустрый и дерзкий. В ЦСКА в 1993-м он начинал на должности администратора, а закончил то ли генеральным директором, то ли владельцем. Он и сам до сих пор не разобрался, как точно называлась его должность, но для него это не так и важно. Сегодня в откровенном интервью он вспоминает о том, как армия относилась к клубу, о поросшем мифами поединке с «Шахтером», о связи с «Динамо», а также о слезах гвинейцев, попавших на сборы ЦСКА.

— Сергей Николаевич, чем сейчас занимаетесь?

— Жаль, но сегодня я не в большом футболе. Даже не хочу говорить, где работаю вне футбола. Параллельно курирую проект РУВФК (киевский спортинтернат, — прим.) от «Динамо», занимаюсь с 1996-гогода. Когда «Арсеналу» досталось место в Премьер-лиге, они забрали и школу ЦСКА. А вот интернату никто помогать не хотел, откликнулся только Игорь Суркис.

— Кого воспитал интернат для «Динамо»?

— Пока только Дениса Гармаша. Хотя Виталий Буяльский уже тоже дебютировал за первую команду, но его пока игроком основного состава считать не будем. Дебютируют ведь многие, но куда важнее как они себя проявляют в дальнейшем. Буяльский был у нас в ЦСКА, но когда ему исполнилось 15 лет, клуб закрылся, а парень очень хотел играть, носился по полю как резак.

Когда выпустился из интерната, селекционеры «Динамо» на него не обратили внимания. Но ко мне подошел, царство ему небесное, Владимир Киянченко и говорит: «Николаич, возьмите Буяльского». Я в свою очередь пошел к Евгению Котельникову, сказал о том, что даже Киянченко отметил парня. В итоге мы буквально вручили Буяльского Владимиру Мунтяну (тогда тренеру молодежной команды «Динамо», — прим.) и совсем скоро Виталий стал в той команде лучшим на турнире в Питере.

— Насколько «Динамо» берет на себя финансирование РУВФК?

— Почти все оплачивает «Динамо». Участие в играх, экипировка, организационные расходы...

— Дениса Гармаша хорошо знали?

— Он почти не изменился — на юношеском уровне красные карточки так же легко зарабатывал. Сам Денис из Луганска, его оттуда выхватил Александр Петраков. Из перспективных там был Гармаш и еще один нападающий. Мама Дениса доверилась Петракову, и я считаю, что не прогадала, а семья второго парня «менжанулась» и пока я о нем ничего больше не слышал. Хотя после нашего предложения его в срочном порядке к себе в «дубль» «Заря» забрала.

— Вы сейчас вне большого футбола. На нынешней работе зарабатываете больше, чем во времена ЦСКА?

— Нет, конечно!.. В футболе я не зарабатывал, а работал по душе. Но не скрою, иногда это еще и деньги приносило.

— В ЦСКА работали как наемный сотрудник или свои деньги в футбол вкладывали?

— Не всегда как наемный. Бывало, что и свои деньги закладывал, в результате потерял бизнес. Мы были в высшей лиге, а задержка по зарплате составила 7 месяцев. Был большой скандал, и я решил деньги выдергивать через свой бизнес. Давал деньги, чтобы залатать дыры, да так «навынимал» из оборота, что вскоре мои партнеры отказались от сотрудничества со мной. Как правило, люди вливают деньги в бизнес, а я делал наоборот. Мне обещали их вернуть, но как вы понимаете, никто ничего не возвращал.

Но знаете, если бы я сейчас достаточно зарабатывал, то не задумываясь, продолжал бы вкладывать. Любой человек, который любит футбол, пошел бы на такой шаг. Что нужно человеку? Что б семья была сыта, одета и хватало на какие-то шалости.

— С людьми из окружения ЦСКА сейчас общаетесь?

— Конечно. Со Сметаной (Сергеем Александровичем Простимкиным — прим.), Серегой Ревутом, Юрием Максимовым, Сергеем Кузнецовым, Сергеем Краковским, Владимиром Лозинским. С Сергеем Юрьевичем Морозовым не общаюсь, потому что не видимся. С Михаилом Ивановичем Фоменко созваниваемся. Очень приятно, что он стал главным тренером сборной. Бывшие футболисты тоже на связи: Дима Симчук в интернате работает, и Игоря Костюка вижу, он в детской школе «Динамо».

— У вас была возможность спасти ЦСКА?

— В 2001-м сделал все возможное, обращался ко многим людям. К каким только бизнесменам я не ходил, но навстречу пошел только Игорь Михайлович Суркис. Получился бизнес: первая лига при интернате, без задач, могла себя окупать. Выходить в ноль, не зарабатывая, стали через три года.

— Речь идет о продаже футболистов?

— Скорее о подготовке футболистов. Взаимная робота интерната и ЦСКА: обкатываем молодых игроков и вперед. Если есть хорошие футболисты, то на них всегда существует спрос.

— Кто был хорошим футболистов в ЦСКА периода первой лиги (2001-2009 — прим.)?

— В первую очередь нужно сказать о Тарасе Михалике. Вместе с ним в нападении играл Саша Пихур. К сожалению, последнему травма помешала проявить себя. На деньги, полученные от трансфера Михалика в «Динамо», ЦСКА жил 4 года.

— Михалик рассказывал, как вы давали игрокам по 50 гривен в день на питание. И они ездили кушать в центр города, потому что на базе с этим были проблемы

— Такое бывало, но не постоянно. На 5 дней уезжали повара, и некому было готовить. Давали по 50 гривен в руки, чтобы ребята не были голодными. Такие форс-мажоры могли затягиваться максимум до недели.

— Почему Вам не удалось сохранить клуб за счет воспитания футболистов и их дальнейших трансферов?

— Нам сложно было привлекать к себе талантливую молодежь. Мы им всегда говорили, что подготовим их, а дальше идите куда ходите. У нас всегда были задержки с деньгами по 2-3 месяца. Такой вариант многих не устраивал. Новое поколение футболистов: они хотят сначала получить деньги, а уже потом — играть. Понимаю, что любой человек ищет там, где лучше. Но они не понимают, что для начала нужно стать футболистом и уже тогда появятся деньги. Помню, как Бессонов говорил ребятам: «Вы на деньги не смотрите. Я на них не обращал внимание. Вот играл, играл, и появилась машина. Играл, играл, и появилась квартира. Потом мебель и все остальное».

— Правда, что Михалик не хотел переходить в «Динамо»?

— На тот момент на него был очень большой спрос, поступало много предложений.

— «Закарпатье»?

— Нет. Очень заманчивое предложение по Михалику сделал донецкий «Металлург», но я в итоге отдал его в «Динамо».

— Не испугался?

— А у него выбора другого не было. Я ему так и сказал: «Иди, доказывай!»

— Вы тогда предполагали, что из него может получиться футболист национальной сборной Украины?

— Помню, мы зашли с Петровичем (Котельниковым — прим.) к Игорю Суркису, а тот очень любит проверять, сравнивать мнения и информацию.

«Евгений Петрович, вы Михалика знаете?», — спросил Суркис. Котельников ответил, что знает его по матчам за молодежную сборную. Дал хорошую характеристику, мол, отличный материал для работы, скорость есть, объем делает. Он же не пил и не курил, по крайней мере, тогда, сейчас не знаю.

Кстати, Михалик из многодетной семьи, так он все деньги отдавал родителям, помогал братьям. Порядочный парень.

— Как думаете, почему многих испортили деньги, а его — нет?

— Так нормального человека деньги не испортят. Это только мягкий человек может поддаться соблазнам. А ведь Киев — город искушений и у нас очень много проблем из-за этого. Берем, например, парня в интернат, а потом он попадает в «Динамо» — и пошло поехало: дискотеки, клубы. А если еще и зарплату нормальную дали, то никто его не может остановить.

— В ЦСКА периода первой лиги средняя зарплата была 100 долларов?

— Официальная зарплата была именно такой. Могла быть еще доплата, и здесь она у каждого своя. У четырех человек, лидеров команды, жалование было выше, чем у остальных. Не буду говорить сумму, но на фоне остальных — это была хорошая зарплата. Но играли без премиальных.

— В результате вам сложно стало приглашать к себе людей под такие скромные условия?

— Начали появляться команды, которые платили немного, но стабильно. ЦСКА был трамплин для дальнейшего попадания в «Динамо».

— Кто из перспективных игроков ЦСКА так и не дорос до уровня «Динамо»?

— Я мечтал, чтобы Эдик Цихмейстурк перешел в «Динамо». Но думаю, он себя и так неплохо проявил. Когда я ближе столкнулся с «динамовской» структурой, то понял, что Эдик мог тут и не заиграть в ней. В этот клуб легко попасть, но тяжело остаться.

— Что за история была в сезоне 2000-2001, когда в одном из последних туров вы принимали «Шахтер» («Динамо» отставало от «горняков» на одно очко), а за воротами Ревы стоял администратор «горняков» Евгений Канана. Ходят слухи, что он предлагал большие суммы за пропущенный гол...

— У меня был на этот счет разговор с Виталиком Ревой, который сказал, что ничего подобного за его воротами слышно не было. На стадионе такой гул стоял, что при всем желании не разберешь, что тебе там кричат.

— А вы были уверенны в ребятах, что никто из них не погонится за долгим рублем и не переступит через принципы?

— Доходила информация, что кто-то может не так сыграть. Мы прямо на стадионе провели собрание, хотел посмотреть ребятам в глаза. Но в этой ситуации нашлись лидеры, среди которых отмечу Виталика Реву и Сергея Ревуту. Они собрали коллектив уже в гостинице и Рева сказал: «Если у нас есть в команде гнида, то пускай лучше на игру не выходит! Пускай ссылается на травму или просто перед игрой скажет тренеру, что не готов».

— Перед игрой у вас был разговор с Игорем Суркисом?

— Даже если он и был, то я и так все понимал. Мы отказались от всего, что нам предлагали с другой стороны, не повелись на провокации.

— Так провокации были?

— Может, были в отношении футболистов, я же всего не знаю. А нам на это намекали четвертые лица, которые живут чуть ли не в Китае.

— Кто из легионеров для вас стоит особняком?

— Гвинеец Мамади Сангаре. Точнее вся его история попадания к нам. Витя Ищенко, который сейчас ведет старшие возраста интерната, специально ездил за ним в Гвинею. Там он отобрал для нас 5 человек. Одного из них, когда мы уже билеты в Киев заказали, украл «Брюгге». Когда остальные приехали к нам на сборы, и мы им выдали бутсы, они просто заплакали от счастья. В Гвинее они получали по 50 долларов и такую роскошь позволить себе не могли.

На сборах понравился только Мамади, который в итоге подписал контракт с жалованием 500 долларов в месяц, чему был очень рад. Он быстро прогрессировал и к заработной плате ему добавили еще тысячу. Один раз российский клуб предлагал за Сангаре 200 тысяч. Сейчас понимаю, нужно было отпускать, но тогда рассчитывал, что ЦСКА будет в высшей лиге и он нам поможет.

— Какую самую необычную установку тренера вы запомнили?

— Перед матчем с «Шахтером», на пути ко второму для нас финалу. Попали мы туда благодаря осечке «Динамо», которое проиграло сумскому «Спартаку». Спартаковцы затем попали на нас. Играть пришлось в Сумах, а там поле все в кочках, как огород! Михаил Фоменко был лаконичен на установке: «Видели это поле? Так вот, вы должны играть так, чтобы мяч не опускался на газон. Все, идите». В итоге ЦСКА победил 3:1.

— Почему вы так легко отпустили Андрея Каряку, в последствие игрока национальной сборной России?

— Не знаю, почему Бессонов не разглядел в нем футболиста. Тренер считал, что Каряка хорошо играет вперед, но забывает про защиту.

— Развейте или подтвердите главный миф-цитату о ЦСКА от Бессонова. «Посмотрите, что у меня за команда — Каряка, Закарлюка. Разве с ними можно построить команду?»

— Было такое. Но сказано это было в более сдержанном контексте, мол, такая у нас команда. Каряку мы не просто отпустили, а за 200 тысяч, для нас это был хороший глоток финансового воздуха. Те люди, которые покупали Каряку, удивлялись, что мы так легко отпускаем такого игрока. Но как я мог его не отпустить, если он и сам просился и Бессонову не нужен был? Единственное о чем жалею, так это о том, что Андрей мог помочь сборной Украины. Помню, даже Григорий Суркис интересовался, а был ли Каряка заигран за «молодежку». Действительно, играл один раз, но то был неофициальный матч.

— Виктор Леоненко имел предложение от «Тоттенхэма», но в результате оказался в ЦСКА. Не боялись, что может испортить атмосферу, звезда ведь?

— Не знаю, куда он там собирался ехать до нас. Но когда мы попали в Европу в 98-м году, «Динамо» предложило нам Леоненко. У нас не была настолько сильная команда, чтобы уверенно чувствовать себя в Кубке УЕФА, а вылетать сразу не хотелось. Поэтому усиление в лице Леоненко, Шкапенко и Беженара оказалось очень кстати. Для ребят ведь тоже важно было засветиться в Европе. В результате Бежик в Бельгию все-таки поехал. Леоненко в команде был как папа, он тогда очень хотел играть, устал сидеть в резерве.

— Вы брали в команду только свободных агентов или кого-то покупали?

— Например, за Сережу Билозора заплатили, а на Юру Мороза, который возвратился с Израиля, мы денег не нашли. Ему тогда было 28 лет, и президент сказал, что за него много просят — 30 тысяч.

— По Закарлюке сразу было видно, что это хороший футболист?

— Конечно. Он прошел школу Павла Яковенка, а это уровень очень хороший. Закарлюка на серьезном уровне поиграл, но мог прыгнуть выше. Один раз на сборах в Греции на базе «Панатинаикоса» нам предлагали за Сергея 400 тысяч. Мы не продали, хотели создать хорошую команду.

— Армия не могла продолжать финансировать команду?

— Если б хотела, то могла. Но вопрос ведь в том, как они относились к команде. Армия предоставляла стадион, самолеты, но за бензин мы платили сами. С нами тогда летали стажеры: основной пилот опытный и два молодых. Летали на АН-26, как десантники. Друг напротив друга сидишь, туалет просто шторкой закрывается...

Кстати, армия давала право футболистам проходить у нас службу. Мы на это рассчитывали, но со временем стало никому ничего не нужно. В свое время хотели таким образом в армию забрать левого полузащитника «Нивы» Виталия Коссовского, а его спрятали в дурдом. Потом он в «Динамо» оказался, и Слава Богу.

— На карьеру Виталия Рева сильно повлияла чиновницкая должность отца? (отец Виталия был министром МЧС — прим.)

— Каким образом? Тем, что пожарные не закрыли стадион ЦСКА?(смеется) Кстати, отец Виталика помогал клубу когда были трудности.

— Реву вы знаете давно. Долгая карьера, какое пророчите ему будущее?

— Он очень грамотный парень. Мне кажется, может легко стать лучшим в Украине тренером по вратарям. Он все впитывал как губка. Тем более у Виталика колоссальный опыт работы с профессионалами. Чего стоит только Сергей Краковский? Для меня лучшего тренера по вратарям не найти. После его работы всегда есть результат. Как после Фоменко, так и после Краковского. Фоменко взял команду ЦСКА, и ровно через год она поднялась по турнирке в два раза.

— В 90-х много говорили о Фоменко как о новаторе, но в один момент он стал никому не нужным. Вас это удивляет?

— Конечно. Наверное, это потому, что он никогда ничего не «подмучивал». Фоменко не интриган, профессионал от и до, во всем. Начиная со своей семьи. Я просто был свидетелем, как он ухаживал за своей женой.

— Он очень жесткий тренер. Говорят, что в Симферополе игроки ходили к руководству жаловаться на него. В ЦСКА такое бывало?

— Даже если бы ко мне кто-то и ходил, я бы все равно был уверен в нем, видел, как он работает. Например, возьмем стандарты, с которых, как известно, забивается порядка 70% голов в современном футболе. Фоменко брал за руку игрока и показывал, где он должен находиться при подаче. Брал другого и объяснял его действия. Михаил Иванович монотонно общался с командой, так тихо, что муху было слышно.

«Если будешь орать, люди начнут привыкать, сначала испугаются. А потом привыкнут», — это его слова. Все нужно подтверждать делом. У Фоменко все было четко, ничего лишнего. Он брал команду, и она при нем прогрессировала.

— Кто для вас самый сильный тренер?

— Фоменко. Хотя могу отметить того же Бессонова. У него на тренировках люди летали. Средняя продолжительность занятия — 70 — 80 минут, но они были интенсивными и интересными. У Штелина, например, тренировка длилась по 2 часа. Футболисты успевали вспотеть, остыть, заболеть и выздороветь.

— Какую характеристику дадите Сергею Морозову?

— Как тренер он себя полностью пока не реализовал. У Морозова специфический взгляд на футбол, построение игры. Атака, передача назад, через центрального защитника.

— Вас такая тактика удивляла?

— Я не имел права лезть в тактику, ведь для этого есть главный тренер. Тогда я еще не очень разбирался в тактике и если честно, то не понимал, что он хочет. У меня была связь с футболистами, и многим не нравилось то, во что мы играли. Многие молчали. Но каждый тренер — это неоценимый опыт. Например, Штелин постоянно пользовался наглядными плакатами, кто-то считал, что они нужны только для начинающих футболистов, но сейчас понимаю, там было много правильных вещей.

— Кто Вас убедил взять в команду молодого тренера Юрия Максимова? У него ведь опыта не было вообще...

— Ну и что? У Игоря Михайловича встретились и все решили. Считаю Максимова хорошим тренером.

— Максимов с футболистами конфликтовал?

— Он не любит тех людей, у которых футбол на втором месте. Это никто не любит, но Максимов к этому относился очень остро. Но за своих футболистов Максимов всегда стоял горой.

— Эпизод во время матча с «Динамо-2» и Александром Рыбкой лишнее тому подтверждение?

— Это из ряда вон выходящий случай. Юра выбежал, но по-настоящему Рыбку не ударил. Кстати, Максимова тогда звали в «Динамо-2», но когда Игорь Михайлович все это увидел, передумал. Максимов был надолго дисквалифицирован и в «Динамо» его карьера не продолжилась.

— Вы разговаривали с Максимовым о том случае?

— Для него ЦСКА был как ребенок, как первенец. Первая команда, в которой он работал тренером. Он к ребятам хорошо относился, создал хороший коллектив. Все кто его не понимали — уходили, но другим он безгранично доверял. Есть хорошие люди, но они не обязательно становятся хорошими игроками. У каждого имеется определенный уровень. Вильевич за многих боролся, но со временем понял, что их уровень не позволял им успешно играть в Премьер-лиге.

— Максимов штрафовал игроков?

— У нас штрафов не было. Те зарплаты, которые получали игроки, были небольшими, грех было штрафовать. Если кто-то и был оштрафован, то эти деньги шли на организацию общекомандного шашлыка.

— Вы долгое время работали с Василием Евсеевым. Как восприняли новость о том, что он таким образом оборвал свою жизнь?

(Сергей Григорьевич сделал долгую паузу, а на его лице появилась слеза). Василий Аркадиевич очень трудолюбивый и грамотный тренер. То, что с ним случилось... Я до сих пор понять не могу. Это же касается и того, что произошло через год с его сыном. Возможно, рок какой-то.

Василий Аркадиевич был очень спокойным тренером, неконфликтным человеком. У него не было «бей-беги», он очень много работал над собой, чтобы стать хорошим специалистом. Общался с футбольными людьми: Евгением Котельниковым, Пашей Яковенко.

— А кого бы назвали конфликтным человеком?

— Наверное, в первую очередь нужно говорить о себе. Не люблю некоторые вещи. Тех же агентов...

— Агенты в те времена уже были?

— Лучше не поднимай эту тему, потому что я их ненавижу. Я сейчас вот окунулся в детский футбол, вижу сколько сил тренеры отдают детям и какое мизерное жалование получают взамен. А эти ребята, агенты, ничего не вкладывая получают солидные гонорары. Среди всех агентов порядочных человека три.

— С кем из тренеров вам было расставаться сложнее всего?

— Наверное, с Бессоновым, ведь с ним мы дружим с 1978-го года. Но в 2001-м сложилась такая ситуация, что ЦСКА понизился в первую лигу, а свое место мы отдали «Арсеналу». По сути, первая армейская команда растворилась в ЦСКА-2, а Васильевич не мог пойти на то, чтобы занять место Лозинского. Да и будущее команды оказалось в подвешенном состоянии. Я тогда вышел на Игоря Суркиса, который пообещал помогать команде, пока я буду искать спонсоров.

— ЦСКА официально жив?

— У меня есть документы на клуб.

— Говорят, на вас выходили люди, которые хотели взять команду...

— Назовите мне хоть одного такого человека!

— За сколько вы готовы продать права на ЦСКА?

— Уверен, мы бы договорились, ведь дело не в деньгах, а в том, чтобы клуб возродился. От ЦСКА осталось только название. Даже автобус продали...

— Фанаты ЦСКА просили переименовать «Арсенал» в ЦСКА. Как вы относитесь к этой инициативе?

— Считаю, что это было бы правильно. Мы становимся заложниками того, что футбол — это политика. И многие действия в клубе происходят из-за политических дел. Если президент в политическом плане чувствует себя нормально, тогда и в клубе все хорошо. Сейчас в «Арсенале» при власти Онищенко, похоже, у него неплохие отношения с городскими властями, а это значительно упрощает решение многих вопросов.

— Как думаете, сейчас реально, чтобы государство финансировало клуб?

— В 1996-м году у Александра Кузьмука (бывший министр обороны — прим.) возникла хорошая идея. Весь бизнес, связанный с армией, должен был отчислять процент клубу от сделки. От одного до пяти процентов — в зависимости от суммы. Этого бы хватило, чтобы сделать ЦСКА одним из сильнейших клубов страны. И на стадион бы осталось! Но идея так и не была реализована в полной мере.

— Интересно, а что за бизнес может быть в армии?

— Например, компания, строившая жилье для офицеров. 1% от сделки шел нам. Схема была хорошая, но она не заработала. Был один замминистра, которому вечно Закарлюка не нравился. Так вот я его как-то открыто спросил: «Вам что тяжело продать танк и дать нам 3 миллиона на команду?»

— А чем-то Закарлюка ему не угодил?

— У военных ведь свое восприятие футбола. Приходит Кузьмук со свитой на стадион, и общаются между собой. «Почему они так плохо играют? Если так играть будут, мы их на минное поле отведем!» Такие вот армейские шутки. Хотя нужно отдать должное Кузьмуку, он нам не мешал.

— Как вы пережили 2001-й год: понижение ЦСКА в первую лигу и обещание тогдашнего мэра Омельченко о создании суперклуба?

— А как себя может чувствовать человек, который вложил в этот клуб душу, потерял бизнес? Было ощущение, что лишаюсь ребенка. Идея создания «Арсенала» сама по себе была хорошая, но она планировалась отнюдь не для футбола, как я потом понял. Цели были другие, но о них, наверное, не мне нужно говорить. Есть люди, которые зарабатывают на футболе, а есть те, которые в него вкладывают.

— Онищенко без вас может произвести ребрендинг «Арсенала» в ЦСКА?

— Мы запатентовали этот бренд. Против нас подавала документы армия, чтобы мы не назывались ЦСКА. Но мы были, есть и будем ЦСКА. Этот клуб и сейчас существует.
Я хочу, чтобы ЦСКА вернулся в большой футбол, чтобы у меня стало спокойно на сердце. Меня ведь все эти годы мучают мысли, что ЦСКА закончился на мне... Из-за этого мне часто сложно уснуть.

Недавно я встречался с фанатами ЦСКА, они спрашивают, что я делаю. Мы ведь только снялись с соревнований в 2009-м, а они обратились уже через год и говорят: «Мы хотим возродить...» Я напомнил им, что есть министр обороны, есть президент. И если бы они просто повернулись в нужную сторону, тут же нашлись бы и спонсоры. Если Онищенко договориться с министром обороны, я буду только рад. С радостью помогу.

Роман Бебех

Сергей Ребров назвал лучшим игроком чемпионата Украины Руслана Ротаня

21.06.2013, 13:38
Топ-матчи
Чемпионат Испании Реал Депортиво 3 : 2 Закончился
Чемпионат Франции Нант Кан - : - 10 декабря 21:00
Турнир дублёров Динамо U-21 Шахтер U-21 - : - 11 декабря 11:00
Чемпионат Испании Эйбар Алавес - : - 11 декабря 13:00

Еще на эту тему

Самое интересное:

RSS
Новости
Loading...
Пополнение счета
1
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
2
Ваша карма ():
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Закрыть