Регистрация, после которой вы сможете:

Писать комментарии
и сообщения, а также вести блог

Ставить прогнозы
и выигрывать

Быть участником
фан-зоны

Зарегистрироваться Это займет 30 секунд, мы проверяли
Вход

Виктор ПАСУЛЬКО: «…И тогда противостояние школ Лобановского и Бескова взяло верх над разумом»

2014-01-10 10:11 Партнеры Виктора Пасулько по «Черноморцу» и «Спартаку» шутили, что его день рождения праздну­ет вся страна — выпадал он аккурат на 1 января. ... Виктор ПАСУЛЬКО: «…И тогда противостояние школ Лобановского и Бескова взяло верх над разумом»

Партнеры Виктора Пасулько по «Черноморцу» и «Спартаку» шутили, что его день рождения праздну­ет вся страна — выпадал он аккурат на 1 января. По­сле выступлений в «Спартаке» уроженец Закарпатья уехал в Германию, где и осел после завершения игровой карьеры.

Виктор Пасулько

Правда, тренерская судьба броса­ет его по широтам постсоветского пространства — Молдавия, Азербайджан, Узбекистан, Казахстан...

Сейчас Виктор Пасулько тренирует «Ордабасы» из Шымкента, с которым в минувшем сезоне финиширо­вал на пятом месте в элитном дивизионе Казахстана. Кто знает, возможно, в недалеком будущем тренерский путь приведет Пасулько и в Украину... Нашу беседу мы начали не с тренерской, а с новогод­ней темы.

— Виктор, день рождения — особый праздник? Учиты­вая, что выпадает он у вас на 1 января...

— Я уже привык к такому раскладу. У меня Новый год во­обще тройной праздник. День рождения еще и у супруги. Плюсов много. Во-первых, не­плохая экономия получается. Во-вторых, еще в бытность футболистом я свой день рож­дения всегда не на сборах, а в кругу семьи праздновал. А многие мои коллеги этого сча­стья были лишены.

— Рождество отмечаете по католическому или православному календарю?

— Оба раза. Как это гово­рится по-русски — был бы по­вод? Впрочем, повод можно всегда найти. Дети у меня вы­росли — Сергею 27 лет, Мак­симу 23. Почему решил оста­новиться в небольшом горо­дишке Пульсау? За время своего 20-летнего пребыва­ния в Германии мы сменили пять-шесть домов. Жил я и в Кельне, и в Брауншвейге, и в Бонне. В определенный мо­мент просто надоели все эти переезды. В Пульсау хорошо. Удачное месторасположение −10-15 минут езды на ма­шине до Кельна и 15-20 ми­нут до Леверкузена. Велико­лепные места, отдыхаешь от городской суеты. Можно спо­койно выйти, прогуляться. Мне это нравится. В той же Москве я за три года так и не смог толком прижиться.

— Зато в Германии при­жились. Причем не вы один. С Сергеем Фокиным, Петром Нейштетером и Владими­ром Лютым общаетесь?

— С Лютым мы вообще, бывает, вместе празднуем. Новый год у меня дома — живем рядом. С ним мы постоянно на связи. С Нейштетером из­редка созваниваемся. А вот Сережу Фокина не видел 18

лет — после того как уехал из Брауншвейга, наше общение прекратилось. Но я слышал, что он неплохо живет под Брауншвейгом. У Сергея собствен­ное кафе, в котором он работает вместе с женой.

— Во время стыковых матчей за выход на чемпионат мира-2010 между Украиной и Грецией вы были скаутом сборной Греции. Рехагель на эту работу пригласил?

— Да. Мы давно дружим с Отто. Почти три десятка лет на­зад, будучи наставником «Вердера», Рехагель очень хотел ви­деть меня в составе своей ко­манды. В рамках 1/32 финала Кубка УЕФА «Черноморец» про­шел бременцев. В Одессе мы обыграли немцев — 2:1, в го­стях уступили — 2:3, но за счет гола, проведенного в гостях, вышли в следующий раунд турнира. Я отметился в Бремене забитым мячом. А через не­сколько недель меня вызвал председатель Черноморского пароходства Бычихин и сказал, что «Вердер» предлагает за Па­сулько миллион марок — по тем временам это была очень боль­шая сумма. Увы, в 1985 году в СССР еще существовал так называемый железный занавес, и советским футболистам разре­шили уезжать за границу толь­ко через три-четыре года.

— С Рехагелем начали об­щаться уже после своего пе­реезда в Германию?

— Мы с ним быстро нашли общий язык. Встречались на различных тренерских конгрессах, ходили вместе на футбол в Дортмунде, встречались в Эссе­не, где живет его семья. Отто предложил мне поработать скаутом еще лет восемь назад. Но тогда я тренировал азер­байджанский «Хазар», и у меня не было возможности отслежи­вать игру футболистов сборной Греции, которые выступают в бундеслиге. Однако через год, когда я вернулся в Германию, мы сразу же договорились о со­трудничестве.

— За кого болели, когда Греция встречалась с Укра­иной?

— Я был бы рад, если бы по­бедителями тогда стали подо­печные Алексея Михайличенко. Все-таки я родился и 26 лет своей жизни провел в Украине. Было очень обидно за земляков. Считаю, что старый хитрый лис Рехагель на сто процентов переиграл своего оппонента. До от­ветного матча в Донецке в гре­ческой прессе много писали о конфликте Рехагеля с лидерами сборной. Думаю, что это была полная чепуха. Вряд ли бы в та­ком случае после игры вся сбор­ная подняла Отто на руки и ста­ла подбрасывать вверх. Это не могло быть простой инсцени­ровкой. А Михайличенко не хватило опыта.

— Болезненные пораже­ния были и у вас. К примеру, фиаско «Спартака» в рамках розыгрыша Кубка чемпио­нов в Бремене — 2:6 после 4:1 в Москве. Поди, думали, что билет в следующий раунд турнира у вас уже в кар­мане...

— Там была немного другая история. Имел место и трагический просчет. Хотя 4:1 все-таки сыграли с нами злую шутку. Обыграли мы ведь в Москве «Вердер» в одни ворота. Бременцы попросили «Спартак» провести матч на день раньше — перенести его со среды на вторник. В этом какие-то инте­ресы немецкого телевидения оказались замешаны. Бесков согласился. Ау нас накануне в чемпионате СССР состоялся тя­желейший выезд в Ереван. Для полноценного восстановления не хватило буквально одного-двух дней. Хотя «Вердер» мы обязаны были проходить. Уро­вень нашей команды позволял бороться за Кубок чемпионов. В Бремене я вышел на замену — у меня была не большая травма. Забил мяч, который признали лучшим голом ноября. Только вот радости это признание не принесло, ведь мы потерпели разгромное поражение и выле­тели из турнира.

— Бесков питал к вам сла­бость?

— Я думаю, ее он питал к Дасаеву — Ринат играл при Бескове в любом своем состоя­нии. Хотя меня тренер первое время называл Витюша. Все-таки «Спартак» с моим пригла­шением не прогадал. За два с половиной года я дважды стал чемпионом СССР. До моего прихода этот титул «красно-белые» не могли выиграть с 1979-го по 1987 год. Я очень удачно вписался в тот состав. Это был и мой личный рост по­сле «Черноморца». Ну и пользу команде я тоже принес.

— Ваш отец всю жизнь яв­лялся преданным болельщи­ком киевского «Динамо». Для него ваш переезд в «Спартак» стал ударом?

— Он очень огорчился. В моем родном селе Иршава этого шага поначалу не понял никто. Родители порядком натерпе­лись от односельчан. Да и не только от односельчан. Было такое, что таксисты, узнавая выехавшего в районный центр отца, отказывались его подвоз­ить. Сущность претензий сво­дилась к одному: как украинец мог уехать в «Спартак», а не в киевское «Динамо»! Но затем, после того как в 1987 году мы выиграли чемпионат СССР, страсти потихоньку улеглись.

— Между тем в киевское «Динамо» вас продолжали звать и после того, как вы ста­ли чемпионом СССР в составе «Спартака». Если бы отклик­нулись на предложение Лобановского и уже из «Спартака» уехали в Киев, был бы грандиозный скандал?

— Я не берусь сказать, что было бы. Но Коман приезжал в Ленинград и после игры с «Зе­нитом» уговаривал меня пере­браться в Киев. Сказал, что ес­ли перейду, гарантированно поеду на чемпионат Европы-1988 в составе сборной СССР. Дескать, европейские титулы тебя ждут. Но я тогда на такие коренные перемены не решил­ся. К тому времени я уже впол­не комфортно чувствовал себя в «Спартаке» и на Евро-1988 все равно попал.

— Правда ли, что Бесков, когда приглашал вас в коман­ду, честно признался, что столько, сколько киевское «Динамо» и «Днепр», «Спар­так» платить вам не сможет?

— Был разговор на эту тему. Бесков делал акцент на том, что «Спартак» постоянно играет за границей. Причем выезжает команда не в Камерун, Индию или Таиланд, а практикуются вояжи в Испанию, Италию, Аргентину. Помню, как мы с «Ривер Плэйтом» играли. Для меня в спортивном пла­не это было очень интересно. Тем более что на международ­ных турнирах мы поправляли свое благосостояние. Госкомспорт платил нам небольшие гонорары — по 200-300 дол­ларов. Мы и этому были рады. Объездили всю Европу. Турни­ры, помню, почти всегда выи­грывали.

— Мирча Луческу отчиты­вал в «Шахтере» Дмитрия Чигринского за длинные воло­сы. У Олега Блохина, когда он тренировал сборную Украи­ны, был конфликт на этой почве с Андреем Ворониным. Вас Бесков за роскошную ше­велюру не ругал?

— Мне длинные волосы проблем не доставляли. Тогда ведь мода такая была. В «Спар­таке» больше половины ко­манды ходило с такой же при­ческой. По-моему, даже у Черенкова были длинные воло­сы. Один Дасаев держался. Бесков нам на это не указывал. Он мне вообще запомнился настоящим интеллигентом. Никогда не ругался и не повы­шал голос на нас. Самое страш­ное было, когда он молчал. Это означало, что Бесков в край­ней степени разъяренности. К нему в это время нельзя было обращаться. Нередко он страшно обижался, но виду не подавал.

— У вас с Бесковым наме­тились разногласия после Евро-1988?

— Только позднее понял, за что он на меня обиделся. Я в составе сборной СССР поехал на чемпионат Европы в Герма­нию. Вернулся оттуда с кучей впечатлений. Проще говоря, был в полном восторге — и от страны, и от европейского фо­рума, и от выступления нашей команды. До сих пор помню, как наставник итальянцев Адзельо Винчини заходил в раз­девалку сборной СССР после проигранного полуфинала. Пожал каждому из футболи­стов руку, а Лобановского поблагодарил за урок. Когда я вернулся, телевизионщики у меня взяли интервью. Я без задних мыслей рассказал бра­тьям Майоровым, как мне ра­боталось под началом большого тренера. Интервью то, кста­ти, так и не увидело свет — не прошло авторизацию Бескова.

Противостояние школ Лоба­новского и Бескова здесь взяло верх над разумом. Бесков пере­стал называть меня Витюшей, и, как позже выяснилось, при­ложил руку к тому, чтобы я не поехал на Олимпийские игры в Сеуле-1988.

— Так вы ведь даже в отбо­ре за олимпийскую сборную СССР не играли.

— Ну и что? На чемпионате Европы я провел только два матча. Свежесть оставалась. Был с олимпийской командой на сборах в Швеции. Товари­щеский поединок против мо­сковского «Динамо» удачно сыграл — забил решающий гол. За две недели до вылета в Сеул я еще был в списках. Но в последний момент меня бра­ли — по настоянию Бескова, который поговорил на эту те­му с Бышовцем. Мне об этом Николай Петрович Старостин затем рассказал. Честно гово­ря, удивился позиции Бышовца, ведь у меня с ним были хо­рошие отношения. Хотя, уве­рен, в Сеуле каши бы не испо­ртил. Получилось, что у меня отобрали титул олимпийского чемпиона. Нуда Бог с ним — я уже давно все всем простил.

— Бескова скоро в «Спар­таке» сменил Романцев. Вы облегченно вздохнули?

— При чем здесь вздохи? Бесков был очень хорошим стратегом и тактиком. Просто, если за сезон в чемпионате СССР «Спартак» проигрывал больше двух раз, это считалось катастрофой. В 1988 году мы по­терпели четыре поражения и финишировали четвертыми. Бесков за это поплатился. Команда его не снимала. Нас во­обще никто об этом не спраши­вал. Решение принималось сверху. Романцеву в этой ситуации страшно повезло — Старо­стин в него поверил. Олег Ива­нович только вливался в кол­лектив в новом статусе — ему было 35 лет.

— Но результат-то Роман­цев обеспечил.

— Помню, вел он себя очень скромно, со всеми был чрезвы­чайно вежлив. Он просто не мешал команде. Продолжил традиции Бескова. На тренировках осталось все тоже самое — вплоть до последнего упраж­нения. Команда была на ходу. Романцев лишь кое-что немно­го подкорректировал. Но уж с 1990 года у него началась се­рьезная тренерская работа — ушли Хидиятуллин, Бубнов, я, другие ребята. А он уже принял­ся раскрывать Кулькова, затем Карпина, Цымбаларя. Вопро­сов нет — доказал, что является толковым тренером.

— Когда ваши отноше­ния с Романцевым дали трещину?

— Сложно сказать. Когда я получил травму, он часто при­езжал ко мне в больницу, у нас было полное взаимопонима­ние. А затем все изменилось, он дал понять, что на меня не рас­считывает. Может быть, дело было в талантливой молодежи — Мостовом, Шалимове?

— Тогда вы и решили, что пора уезжать за границу?

— После чемпионата Европы в Германии захотел оказать­ся в этой стране. Очень понра­вились стадионы и атмосфера во время матчей. Железный за­навес к тому времени уже тре­щал по всем швам. Футболисты начали потихоньку выезжать за рубеж.

— Почему не сложилось с переходом в серьезные клубы?

— Тогда ведь агентов в СССР еще не было. В «Спартак» приходили запросы. Помню, как-то вызвал меня Николай Петро­вич. Говорит, «Эвертон» желает арендовать вас с Кузнецовым на полгода. Я ему в ответ: мне бы в ФРГ хотелось. В итоге моим трансфером занималась фирма по продаже сырья в Германию. Только потому, что имела до­ступ к немецким банкам. Вме­сте со «Спартаком» мы приеха­ли в ФРГ на турнир. Немецкий агент повез меня на просмотр в «Карлсруэ», где чуть позже игра­ли Кирьяков, Нейштетер и Шмаров. Потренировался с ко­мандой недельку. Все было поч­ти на мази, не сошлись только в амплуа — Винер Шеффер хотел чистого нападающего.

— Руки у вас после этого не опустились?

— Тот же агент предложил съездить в Кельн. Дескать, там найдем тебе команду. Отпра­вился на просмотр в клуб вто­рой бундеслиги «Фортуну». Меня захотели забрать с руками и ногами уже после первой тре­нировки. Единственное, о чем жалею — что сразу подписал контракт на 3,5 года. А ведь еще рынка не знал. Когда заключил контракт, казалось, что буду по­лучать хорошие деньги. Осо­бенно по сравнению с тем, что зарабатывал в «Спартаке». Но затем, когда немного поиграл и узнал зарплаты немецких фут­болистов, понял, что работаю за копейки. Хотя, с другой сторо­ны стоит ли мне роптать на судьбу? Многие футболисты из СССР так и не выехали. Не дои­грали до этого момента. Закон­чили карьеру и почти ничего не имели. Кто-то из них спивался, а кто-то всю оставшуюся жизнь мучился, так и не найдя себя за пределами зеленого поля.

— Сменить вторую бундеслигу на первую шанса так и не представилось?

— Когда я только вернулся из Кельна в Москву собирать вещи, мне в «Спартаке» гово­рят: на тебя пришел запрос из «Эспаньола». Испанский клуб предлагал двухлетний контракт с хорошими условиями. Мог поиграть в серьезный футбол. Увы, сейчас могу констатиро­вать, что моя футбольная карье­ра в Германии была бездарной. Начинал неплохо — забил в 14-ти играх 7 голов. Клубы из бундеслиги мною заинтересова­лись. «Фортуна» из Дюссельдор­фа хотела выкупить мой кон­тракт. Но в Кельне за меня зало­мили миллион марок. Дюссельдорфцы такой трансфер не потянули. Дрезденское «Динамо», в котором играл Черчесов, тоже хотело меня приобрести. Но все остановилось из-за слишком высокой цены.

— Закончив игровую ка­рьеру, вы перешли на тренерскую стезю. География вашей работы наставником впечат­ляет — сборная Молдавии, азербайджанский «Хазар», узбекский «Шуртан», казах­ские «Атырау» и «Ордабасы». Вот только не долго задержи­вались вы на тренерских мостиках этих команд.

— В сборной Молдавии про­работал три года. Там сложные взаиморасчеты были — одна немецкая фирма имела коммерче­ские интересы в этой стране. Фирме пообещали содействие в бизнесе со стороны властей, а взамен она платила мне зарпла­ту. Работал я добросовестно — были у нас и локальные успехи. Но реализовать свои проекты в Молдавии немецкая фирма так и не смогла, после чего свернула бизнес в этой стране. Мне тоже пришлось уйти — у самой феде­рации денег практически не было.

Ефим БРУСИЛОВСКИЙ, газета «КОМАНДА»

10.01.2014, 10:11
Топ-матчи
Чемпионат Германии Майнц Бавария 1 : 1   2 декабря 21:30
Чемпионат Италии Наполи Интер - : - 2 декабря 21:45
Чемпионат Франции Кан Дижон - : - 2 декабря 21:45
Чемпионат Украины Черноморец Волынь - : - 3 декабря 14:00

Еще на эту тему

Самое интересное:

RSS
Новости
Loading...
Пополнение счета
1
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
2
Ваша карма ():
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Закрыть