Регистрация, после которой вы сможете:

Писать комментарии
и сообщения, а также вести блог

Ставить прогнозы
и выигрывать

Быть участником
фан-зоны

Зарегистрироваться Это займет 30 секунд, мы проверяли
Вход

Дмитрий НЕМЧАНИНОВ: «На второй день в «Динамо» Гармаш сказал: «Позвоните маме, я хочу домой!»

2015-06-26 13:05 Воспитанник киевского «Динамо» Дмитрий Немчанинов, последним клубом которого была луцкая «Волынь», рассказал о драках «стенка на стенку» и блатных разборках ... Дмитрий НЕМЧАНИНОВ: «На второй день в «Динамо» Гармаш сказал: «Позвоните маме, я хочу домой!»

Воспитанник киевского «Динамо» Дмитрий Немчанинов, последним клубом которого была луцкая «Волынь», рассказал о драках «стенка на стенку» и блатных разборках в киевском спортинтернате, игравшем в «Динамо-2» внуке Деда Хасана, методах работы Виталия Кварцяного и «школе жизни» от Ильи Близнюка.

Дмитрий Немчанинов (справа). Фото: fcdynamo.kiev.ua

— Дмитрий, в чем особенность киевского спортинтерната, давшего много выпускников последние годы?

— Очень сильная школа жизни, ведь многие ребята из других городов. Закаляется бойцовский дух. Можно сказать, мы выживали. Вместе гуляли, вместе дрались. Не так как в командах «компашки», а все вместе.

— С кем дрались?

— С борцами, да и с представителями, наверное, всех остальных видов спорта. В РУВФК направлений хватало. Нужно ведь было показать, кто в интернате старший. Плюс, были какие-то истории из-за девочек. Хотя нас тогда девочки особо не интересовали. Хорошие девушки, занимавшиеся художественной гимнастикой, больше общались с футболистами, а борцам тоже хотелось с ними гулять.

— С кем были самые большие разборки и за что?

— С боксерами. У нас был спецкласс, только футболисты. Потом его расформировали, потому что поняли — это беспредел. Позволяли себе очень много. Над учителями шутили. Самый жесткий замес был, когда наш парень бежал по ступенькам и задел борца. Ну, тот спросил: не офигел ли он. А наш, не долго думая, послал по известному адресу. Борец старше был, малого ударил. Тот прибежал к нам, мы решили, что нужно разбираться. Собрали всех футболистов трех возрастов, а против нас чуть ли не весь спортинтернат: борцы, фехтовальщики, пловцы... У нас один местный парень был, на Сырце жил, среди его друзей — люди, отсидевшие срок. Он их подключил на эти разборки. Борцы думали сейчас нас быстро порешают, а тут им говорят: «Пошли в лес, поговорим!». Оппоненты переспросили, мол, зачем идти в лес. В результате пошли на стадион, который на территории учебного заведения был. Человек 200 собрались. Мы стоим, наш «блатной» говорит: «Я разводила местный, сейчас подойду их «подогрею». Пришел, поговорил. У него переспросили, с ними ли будут разбираться. Они не поняли, кто он, начали его крутить, тут он из кармана гаечный ключ достал. Ребята не поняли. Кто-то побежал, рассказал замдиректору спортинтерната. Все начали прятаться и на стадионе почти никого не осталось. Только эти блатные стоят. Позвали пацана, который их приглашал. Попросили в кусты не прятаться. Помогать нам приехали ребята на лет на 10 старше нас. Закончилось тем, что борцы перед нами извинялись. Реально оценили, кто за нас вписался.

«ГАРМАШ РАНЬШЕ НЕ РУБИЛСЯ ЗА КАЖДЫЙ МЯЧ, КАК СЕЙЧАС»

— Сам ты из Киева. Как оказался в спортинтернате?

— Занимался в ДЮСШ-19 на ДВРЗ у Тернового Алексея Васильевича. Ему тогда было 35 лет. Он нам с детства прививал привычку работать над техникой. У него были кассеты с записью тренировок «Аякса». Он и на матчи Лиги чемпионов задолго до начала игры приезжал, смотрел на разминки команд — соперников «Динамо» — и потом оттуда брал интересные упражнения. У меня папа — мастер международного класса по легкой атлетике, толкание ядра. Он и на Олимпиаде в Барселоне был, и на чемпионате мира в Штутгарте. Отец понимал, нужно что-то решать. Играть на чемпионат города — перспективы небольшие. Папа позвонил знакомым, руководившим интернатом, и попросил, чтобы меня посмотрели. До этого я уже был там на просмотре. Тогда понабивал, пробежал и думал, что меня должны зачислить. Просили еще один матч сыграть, а я сказал, что мне в деревню на рыбалку нужно ехать. Мне тогда казалось все просто. Второй просмотр — потренировался неделю, и тренер Калина Александр Иванович сказал, что я подхожу. В 10-м классе мою группу возглавил Александр Петраков. Человек с характером, всегда адекватно воспринимал футбол. Помню, возил нас десятиклассников на турнир Макарова, где играли футболисты на пять лет старше. Нас там просто уничтожали. Мы чуть не плакали.

— Что происходило?

— Мы цеплялись, убивались, но было очень сложно. Мы — дети, а против нас мужики, играющие в первой-второй лигах. Петраков сказал, что нужно пройти курс. «Победы не важны, вы должны закалиться», — говорил нам тренер. Мы по детям с ним стали чемпионами Украины. На следующий год — выиграли Киев, и даже получилось так, что не пустили «Динамо» на финальную часть Украины. У нас первая игра была с «Шахтером». Помню, пацанам во дворе говорил, если обыграем «Шахтер», то снова будем чемпионами. Всех победили и второй раз взяли первое место.

— В команде с тобой был Гармаш. Он выделялся?

— Он и тогда был хорошим футболистом. Но сейчас возмужал. Денис был техничным, но не рубился за каждый мяч как сейчас. «Возил» соперников, но не шел в суперборьбу. Когда Петраков только позвал Гармаша из Луганска, то на первом турнире Денис играл с гипсом. Своеобразный парень. Петраков пригласил его в споринтернат, а он на второй день говорит: «Позвоните маме, я хочу домой!» Петраков маму позвал, она успокоила его и сказала, чтобы в Киеве оставался. Зачем было возвращаться?

— Знаешь, почему Гармаша Кумом называют?

— Кумом он приехал из Луганска. Денис сам не знал, почему у него такое прозвище. Был момент, когда мы играли с «Динамо» за выход из группы. Решался вопрос, кто выйдет в финальную часть. Пропустили на второй минуте. Я думал нас «Динамо» уничтожит. У них команда сильная была — Коркишко, Петров, Богданов. Кум сравнял в средине первого тайма. Потом забил на 89-й, и радость была очень большая. В выпускном классе некоторых ребят из нашей команды забирали в «Динамо-3». Был момент, когда мы с Кумом поехали играть за «Динамо-3», а в этот день наша команда играла на «Олимпийском» финал кубка города. Я еще подумал, что лучше бы на «Олимпийском» сыграть. Казалось, когда еще на эту арену попаду.

«В СБОРНОЙ ФРАНЦИ САКО ЗАПОМНИЛСЯ: ЧЕРНЕЕ СМОЛЫ, ТОЛЬКО ГЛАЗА И ЗУБЫ БЕЛЫЕ»

— Тебя несколько раз вызывал в юношескую сборную страны Юрий Калитвинцев...

— Я чуть сума не сошел, когда мне Петраков сообщил о вызове на сбор на Кипр. Калитвинцев выпустил на игру и попросил не прыгать в подкаты возле штрафной. А я тогда любил «стелиться» как дурной. На Кипре сыграл, потом пошла подготовка к отборочному турниру. Когда поехали на чемпионат Европы, Кривцов сломался. Я играл центрального защитника. В «Динамо» и интернате действовал в центре обороны, на левом фланге как-то не приходилось. Перед чемпионатом проводили товарищеский матч с Голландией. Я снова в центре обороны, а за 20 минут до окончания поединка произошла замена, и меня попросили сыграть левого защитника. Против меня чувак из лондонского «Арсенала» играл. Думал, сейчас начнет «крутить». Но я неплохо себя проявил. После игры помощник Калитвинцева — Юрий Мороз — подошел, спросил, как мне игралось слева. Поинтересовался, что я думаю о том, чтобы на этой позиции играть. Потом в матче с немцами действовал в центре, а в играх с испанцами и французами — на левом фланге обороны. В Германии тогда играл Тони Кроос. Испанцы также сильны были — Де Хеа, Кркич. Он как раз в «Барселоне» играл, возил всех, кого только можно было. По три человека возле себя собирал. У французов запомнился Мамаду Сако. Два метра ростом, я его когда увидел, испугался. Чернее смолы, только белые глаза и зубы. В итоге «скрутились» немцам — 0:2, 1:3 — уступили испанцам и сыграли вничью с французами.

— Почему ты не попал в сборную, когда она участвовала на чемпионате Европы, проходившем в Украине? Тогда команда Калитвинцева выиграла турнира...

— Я на тот момент без клуба был. Ушел из «Динамо» — и пропал на год. Когда «Динамо-3» ликвидировали, ребята во вторую команду клуба пошли. Меня звали в киевский ЦСКА, но идти туда не хотелось. Начал ездить по просмотрам. Где-то рубили, где-то не подходил — «Ворскла», «Днепр», донецкий «Металлург».

— Где самый смешной просмотр был?

— После овидиопольского «Днестра» поехал в Польшу. Представители «Погони» из Щецина зарплату в 3 тысячи евро предлагали. В первый день просмотра пробежал кросс. На следующий день — игра. 25 человек — и все просмотровые. И тогда жесть началась. Каждый играет сам за себя. Мяч летит мне на голову, а центральный защитник бежит на меня и кричит не «я», а свое имя, чтобы его запомнили. Сыграл минут 60 и понял, что это цирк. Почти никого в команде не оставили. В итоге говорят, что основная команда собирается через четыре дня. Агент порядочный был, за проезд заплатил.

«ПАЦАНЫ РАССКАЗЫВАЛИ, ЧТО К ОМАРУ ФАРОЯНУ ДЕД НА „МАЙБАХЕ“ ПРИЕЗЖАЛ»

— Что из себя представляла третья команда «Динамо»?

— После школы, попав в эту команду, летал в облаках. Ездили по второй лиге, экипировка «Динамо», к нам везде уважительно относились. Хотелось, конечно, и в «Динамо-2». Была общая заявка и людей «тасовали». То «дубль», то вторая команда, то третья. Юрий Еськин «Динамо-3» тренировал. Футбол он любил, но человек специфический. У него много фраз было крылатых, и он постоянно вставлял «э». Например: «Э! Мужичек! Ты че там?». Были на сборах в Феодосии, и я у него переспросил, что же это «э» означает. Он: «Ну, знаешь, когда боцман на корабле кричал своим морякам «Эй!». Переспросил, мол, а дальше что. Ну, говорит, просто кричал «э». Любили с ним пошутить. Играем в квадрат, он рядом стоит. Я позвал его с нами сыграть. Петрович переспрашивает: «Какой квадрат, на шахматной доске?». Я не понял этой шутки. Он говорит: «Вот тебе „горбушка“, а ты мне встречную дашь думал». Проводим контрольную игру, а он на возвышенности стоит, снимает на «нокию» старенькую. По тому видео сложно что-то разобрать. Когда непонятые футболисты к нам приезжали на просмотр, он быстро мог им рассказать «что почем» и сразу отправить.

— Яркие персонажи были?

— Непонятные грузины приезжали. Помню когда играл у нас Давит Имедашвили, так его друзья жили на базе. Я мог зайти на базу, а там его друзья крутились.

— Омара Фарояна — внука покойного вора в законе известного как Дед Хасан знал? Он был во второй динамовской команде... 

— Я с ним тренировался. Парень он отличный, никогда не показывал свой какой-то особенный статус. Мы знали о деде. В академии пацаны рассказывали, что часто видели, как дед приезжал на «майбахе» и Омар выходил с ним. Но сам Омар не понтовался, не козырял деньгами.

— Футбол ему вообще был нужен?

— Он любит футбол. Расстраивался, когда ехали на выезд, а его не выпускали на поле. Но Омар реально оценивал свои возможности. Не было такого, что если у него есть деньги, он должен играть. Помню у Омара украли машину. У него был «мерседес» С класса. Через день привезли под дом с запиской: «Извините, мы ошиблись!». И, кстати, машину помыли. Приукрашивать не буду, это то, что мне рассказывали.

— Кто был самым интересным футболистом в «Динамо-2»?

— Мне казалось, что Олег Мищенко — космический футболист. Он разбирался с оппонентом на месте, финты были аля Криштиану Роналду. Зозуля выделялся, Допилка чуть ли не в Лиге чемпионов играл уже. Что касается Зозули, то он и тогда много голов головой забил. Удивлялся как. Теперь больше понимаю шутку Коноплянки, что Роме лучше головой, чем ногами бить. У Зозули и тогда была сумасшедшая самоотдача. Я и за «Динамо-2» сыграл, когда команду тренировал Калитвинцев. Тогда впервые пересекся с Виталием Кварцяным. У «Волыни» в воротах Исса Ндое играл. Мы победили — 1:0, удалили вратаря. Пищур стал в ворота, а Кварцяный так расстроился, что уехал с игры за 15 минут до ее окончания. Ждал команду на трассе. Пацаны потом рассказывали, когда команда домой возвращалась, Кварцяный остановил автобус и сказал ребятам идти в Луцк пешком. Они прошли минут 10-15. А потом дальше поехали.

«ПОЛТАВЕЦ С ЖИВОТИКОМ КРУТИЛ ЛЮДЕЙ»

— Что скажешь о боливийце Диего Суаресе?

— Он особо не играл. А в 17 лет очень сильный был, но украинцы быстрее характерными стали. Давно Суареса не видел. Это как история с Окодувой. Говорят, у него до сих пор контракт с «Динамо».

— До первой команды реально было дотянуться?

— Когда были матчи сборной, меня раз брали на тренировку. Удержание «один в один» было. В «Динамо-2» при приеме было время подумать, а в первой команде, когда принимаешь, тебя уже бьют по ногам. Понимаешь, как быстро все нужно делать. В «Динамо» не закрепился и поехал на просмотр. В «Ворскле» работал друг Петракова. Две недели на сборах, тренер доволен. Павлову сказали, что хотим парня брать, и после этого меня сразу отправили. Также непонятная ситуация была в «дубле» «Днепра» и донецкого «Металлурга». Никто ничего не объяснял особо. Летом за пару недель до старта чемпионата предложили овидиопольский «Днестр». Там как раз Валик Полтавец блистал. Он с животиком крутил людей. Наставники говорили: «Посмотрите на Валика, сколько ему лет, а он вас возит». Потом я застал в команде Косырина, Опрю, Лавренцова. Лаврик — вратарь от Бога. Ему Полтавец четыре тренировки подряд не мог забить пенальти. Лаврик его возил, тот нервничал. Косырин также показывал класс. Сразу было видно, что футболисты высшей лиги. Из «Днестра» меня убрали, когда клуб менял философию, решив, чтобы играли местные.

— Странные матчи в первой лиге были?

— Как тогда, так и сейчас мало в этом понимаю. Честно говоря, мне это до одного места. Некоторых ребят на Троещине тянет ставочку поставить, а за собой ничего подобного не замечал. Не слишком азартен. Не понимаю «П1», «П2», «Тотал». Когда говорили, что может что-то было не так, начинал задумываться. А сразу не мог даже представить, что крыса оказалась в команде. Так, через год-два мог подумать.

— В винницкой «Ниве» Андрея Пилявского застал?

— Когда я приехал, он как раз в «Маккаби» собирался. Говорят, израильские скауты приехали одного парня смотреть, а в итоге заметили Пилявского. Мы как раз играли «Днестром» против «Нивы». Он тогда нам два гола с дальней дистанции положил. Причем, двумя разными ногами. Кстати, опорного хава играл. Я тот матч хорошо запомнил: игра на искусственном поле, да еще и мячами марки «Селект» в памяти остается.

— Это реально это настолько важно?

— Когда мячи намокают, особый отскок идет. В Виннице когда играл, это нашим коньком было. Тренировал команду Олег Федорчук. Так он говорил: «Сейчас мы на нашей коробочке загоним и „селекты“ кинем!». «Черноморец» в «вышку» рвался, приехал к нам в Винницу. Мы упирались до последнего. Привезли «селекты», пять защитников, и одесситы не знали, что делать. Мяч как арбуз отскакивал. Они еле-еле нас обыграли.

— Где играют более жестко: в первой или второй лиге?

— Во второй больше «мясорубка». Хотя мне ноги особо не отрывали нигде. Запомнил Краматорск. Жили в общаге. Мама звонит, говорит: «Осторожнее там, комендантский час». Помню с «Динамо-3» приехали играть в Славянск. В городе праздник был. Перед игрой чуть ли не гирями жонглировали. Люди шли на «Динамо». Может, думали первая команда, а не третья приехала.

— Как работалось с Олегом Федорчуком, которого называют украинским Моуриньо?

— Он любил все планировать. Говорил: «Этих обыграем, в следующем матче „очечко“ возьмем». Да, все рассказывали: «Моуриньо, Моуриньо». Поработав с Федорчуком, не стал бы сравнивать. Ничего в нем такого от Моуриньо нет. Он мог сказать: давайте делать то и то. Но мегамотиватором его не назвал бы. Тактику любит, к сопернику готовится. Но нашей главной тактикой все равно оставалось загнать соперника в домашней «коробке» на искусственном поле. Над «физикой» много работали. В Виннице первый год все было стабильно, а потом пошли задержки.

— С Ильей Близнюком в кировоградской «Звезде» общий язык найти удалось?

— А как же! Он человек футбольный. Много работы «на физику» было. Нам ставили задачу через два года выйти в высшую лигу. «Звезда» сейчас должны была быть в элите. Город, стадион, болельщики и спонсор — все есть. Денег там хватает. С Близнюком было интересно. Он раз на сборах стал в ворота босиком. Он с животом, но уверен в себе. Так ему с двадцати ударов метров с 20-ти раз или два забили. Много ударов угадывал, некоторые — «пешком» ловил. А перед этим в ворота стал тренер голкиперов, так ему торбу набили. Раз отрабатывали выход в атаку после углового. Близнюк недоволен был. Кричит одному: «Что ты так бежишь?». А потом как в подкате постелится! Мы просто орали. Была еще ситуация когда «стенку» поставили перед штрафным. Он говорит: «Что вы так стенку ставите?». Возьмет на ногу наступит или за яйца схватит. Кто-то побитый корчится. А он смеется, говорит нужно быть наглее. Дружба дружбой, а характер надо проявлять. Убрали Близнюка после игры с «Александрией». У нас оставался один матч с «Олимпиком». Обыграй мы дончан — и финишируем в тройке, выполняя задачу. Но мы «Олимпику» уступили, тренеру при выяснении отношений сказали, что он не выполнил задачу. Но сезон он не до конца довел. Кстати, это Близнюк мне набрал и сказал, что есть варианты с «Волынью».

«БЫВАЛО, КВАРЦЯНЫЙ ПАДАЛ, ПОКАЗЫВАЯ КАК КТО-ТО СИМУЛИРУЕТ»

— Для тебя это было мечтой?

— Все хотят играть в элите. Через неделю после окончания сезона у меня должна была быть свадьба. Мне звонят, говорят нужно ехать в «Волынь». Предупредил, что могу приехать на пару дней. Согласились, сказали, Кварцяный тебя посмотрит. Приехал, потренировался три дня. Он меня поставил за «основу» левым защитником. Кварцяный сказал, что я его устраиваю. Отпустил отдохнуть на свадьбу, дал мне 10 дней. До старта чемпионата оставался месяц.

— Удивился, что Кварцяный отпустил?

— Радужных планов не строил. Предупредил людей, что свадьба. За полгода ее планировали. Высшая лига это хорошо, но я не мог свадьбу перенести, гости уже собрались. Это было по-человечески со стороны Кварцяного.

— Сложно было пройти первое занятие в «Волыни»?

— Ничего особенного. Зарядка, потом играли на искусственном поле. Сложно было, потому что жара стояла. Любимое упражнение тренера — футбол «5 на 5» почти на все поле. Ворота стоят в начале штрафной площади. В это время другие ребята играли в квадрат. Потом менялись с ними местами. Это хорошо, потому что с мячом работали. Когда пришел, думал: раз Кварцяный, мяч нужно просто вперед бить. Тренер, наоборот, просил мяч высоко не поднимать. Была ситуация когда я перебрасывал мяч через соперников, нападающей моей команды вышел один на один с вратарем и забил. Так Кварцяный остановил игру и сказал играть низом. Я был в шоке! Бывало, пацаны специально верхом давали, чтобы тренер остановил игру, и можно было отдохнуть. Хотя у Близнюка тоже школу прошел хорошую, знал, как тренироваться пять раз в день.

— Многие приезжали и «сдувались»?

— Были случаи. Подписывали контракт с человеком, а мы на следующий день его в «квача» не выпускали. Кварцяный видел и разрывал соглашение.

— Трехчасовые тренировки были?

— По два с половиной часа точно работали. Самое сложное — «один в один» играть. Ворота ставили в 10 метрах от линии штрафной. Играли одиннадцать на одиннадцать. Ты играешь, а соперник меняется. Ты так по очереди со всеми чужими играешь, и сил уже нет. Потом «два в два» четыре серии, потом «5 на 5» две серии, а потом — футбол в два касания на все поле. После этого лег и ничего не хочется. Даже уходить с поля.

— Как Кварцяный мотивировал когда силы заканчивались?

— Он это все хорошо понимал. Кварцяный чувствует, когда нужно отпустить. Мы раз должны были тесты бежать 100 метров, «7 по 50» и «5 по 30». Сдали два последних, оставалась «сотка». Подошли к нему говорим «Владимирович, не можем. Можно перенести тест?». Он сказал: «Ребята, нет вопросов!». Все говорили, что Кварцяный — изверг, но он нормальный. Бывало, сделаем из пяти серий три, он, видя наше состояние, командовал просто провести две серии в щадящем режиме. Пацаны говорят, что Виталий Владимирович стал более лояльным к футболистам.

— Сложно было привыкнуть к его манере общения?

— Вначале нам с Бодей Шершуном было смешно. Симинин, например, привык уже, эти истории слышал. А я чуть не кашлял, чтобы не засмеяться. Бодя просто смеялся. Кварцяный начинает пихать, потом сыпет приколы. «Образы» были и рассказы о Матросове. Было даже, что он падал, показывая, как кто-то симулирует. На сборах случилось. Лешу Бабыря били по ногам, и он падал. Но для Кварцяного человек должен упасть лишь, когда сильно ударят. Он не любит когда просто так валяются, симулируют. Может, он и прав.

— Бабыря Кварцяный по-особенному любил?

— Любил, но в тоже время по-хорошему «притравливал». Говорил: «Леша, почему ты постоянно валяешься? Упал и кричишь: «ААААА, мама-мама! Рана, боль». Все смеялись, когда он Бабыря так прихватывал. Раз Кварцяный рассказывал, а Бодя Шершун смеялся. Так он к нему: «Что смеешься, смешно?» Бодя ответил, что да. Так тренер начал еще больше шутить.

«КОГДА ШЕЛ В „ВОЛЫНЬ“, ЗНАЛ, НА ЧТО ПОДПИСЫВАЮСЬ»

— Помнится, «Волынь» тогда фактически новой командой на старте сезона отобрала очки у «Динамо» с его грандиозными трансферами — Мбокани, Ленс, Беланда...

— Когда только перешел в «Волынь» и узнал что первый тур с «Динамо», мысль была: «Главное — не попасть под каток». Ярмолу я знал, вместе тренировались в «Динамо-2», а тут Ленс, Беланда, Велозу, Мбокани. Кинаш забил на третьей минуте, и мы так радовались, что мне показалось, будто бы я этот гол забил. Кварцяный просил ближе к сопернику играть, мы серьезно к матчу готовились. После сборов физически готовы были. Я на таком стадионе, как «Олимпийский», не играл раньше. Вышел, думаю: «Ничего себе трибуны где, он огромный». Первый матч в Премьер-лиге, телевидение, родственники на стадион пришли. Забей Эрик со штрафного, мы зацепились бы за победу. Виталий Владимирович после игры напихал Бабырю, выпустил Рыжего (Задерецкого — прим. Авт). Я, кстати, с Рыжим, Бодей Шершуном и Шабановым больше всего общался. Рыжий — моим другом был с самого начала и до конца. Не мог подумать, что он с такой бородой — 1994-го года рождения. Я у него все спрашивал, как и что в команде, думал он основной. А потом мне сказали, что он вообще-то из «дубля». Смешно было.

— Кинаш куда пропал?

— Хороший футболист, отлично работает с мячом. Наверное, как Кварцяный говорил, не хватило характера. В Премьер-лиге требуется характер. Взять того же Рыкуна. Не было ведь такого, что его ударили по ногам, а он сказал: «Все, хватит». Кинашу тяжело было физические нагрузки переносить. Мог дать слабинку. Кварцяный в книжке о нем много рассказывал. Как Кинаш поехал на свадьбу на день, а потом его не было две недели.

— Когда увидел Кварцяного в гневе?

— В матче с «Карпатами», когда проиграли. Он начал так орать, что мне казалось, мы не в футбол играли, а у нас сражение произошло. Принципиальный матч, мы уступили 0:2. Он всегда эмоциональный, но потом отходил. Раз проиграли «Арсеналу», когда его удалили. Кварцяный уехал сразу после матча, а всем сказали в Луцк ехать. А у меня в Киеве супруга, машина. На следующий день объявили, что всех собирают в сауне в Луцке. Мы с Шершуном думали, что делать. Бодя сразу сказал, что в Луцк на следующий день не собирается. Я Владимировича набрал, объяснил все, сказал, что в сауну в Киеве схожу, если тренер добро даст. Кварцяный сказал: «Давай». А ведь перед этим он нам нормально напихал, и мне казалось, что мог, в принципе, и трубку не взять. А он нормально поговорил. Переспросил, почему я так ударил, «не разговаривал» с мячом.

— Это один из его любимых футбольных афоризмов?

— Их хватало. За «дубль» играю и очень неудачно штрафной пробил. Он мне напихал. Я не сдержался, ответил, что больше штрафные бить не буду. Так у нас потом был разговор. Кварцяный отметил, что мне наоборот нужно было сказать, что теперь я буду все «стандарты» исполнять. Он взял ручку и говорит: «Ты же, когда борщ ешь, ложку в рот кладешь, а не в ухо». И ручку в ухо засунул, она там так и торчала.

— Обижен на Кварцяного, что он «убрал» тебя по ходу чемпионата?

— Нет. Чего обижаться? Это жизненный этап. Когда шел в «Волынь», понимал на что «подписываюсь». Если бы я не знал тренера, тогда другой разговор, а так я все понимал, отдавал отчет, какие правила игры. У меня особо обид не было. В первый год больше половины матчей в составе и против нормальных команд сыграл. Год сложился очень хорошо. Потом было сложно, но что поделаешь.

«КРИЧАЛ КУТАКОВУ: „УБЕГАЙ, ДЯДЯ. СЕЙЧАС ТОРБА БУДЕТ ТЕБЕ“»

— Расследование, кто записал послематчевый разбор Кварцяного и выложил в интернет, проводилось?

— Конечно. Мы тогда как раз на сборах в Ялте были. Сидим в комнате (я с Шершуном в номере жил). Заходим в интернет и новость видим, что есть эта запись. Подумали, ничего себе. Тут звонит администратор, говорит, что Кварцяный собирает команду. Выходим в коридор и, переглянувшись с ребятами, понимаем о чем речь. Все улыбались. Собрали нас, решали кто и что, но никто ничего не сказал. Кварцяный не сильно кричал. Просто сказал, что такого быть не должно и незачем это делать. По-идее, можно было предположить, что будет жесткое расследование, Кварцяный будет рвать и метать. Но ничего особенного не происходило. В конце собрания тренер просто сказал: «Что было, то было, идем дальше». Через некоторое время он и вовсе говорил: «Записали и записали, неужели никто не знал какой я? А мне люди сказали, что вам надо было еще сильнее напихать за такую игру!».

— Такие разборы, как после «Динамо», часто бывали?

— Мы не записывали. После матча все просто: сказал по игрокам, почему там не прыгнул, не сыграл. Он мог напихать, а на следующий день уже все нормально объяснить. Считаю, он хороший человек. Думаю, все, кто с ним общался за пределами поля, подтвердят мои слова. Когда начинается матч, он поддается эмоциям.

— Какие у тебя сейчас планы на будущее?

— Агенты занимаются поисками команды. Хотел бы в Украине играть. Есть мечта о сборной страны. У нас не так много левых защитников украинцев. Когда остался без команды, было сложно и без футбола. Не мог пойти даже на район играть — и там заявка нужна. Играл в футбол с друзьями, плавал, активно занимался в зале. У меня был преждевременный отпуск. Надо было оценить период в «Волыни». Подумать, что произошло. Сначала чуть обиделся на Кварцяного, что за несколько туров до окончания чемпионата убрал их команды. Потом понял, нужно перетерпеть, переступить. Можно ведь было и вовсе упасть в панику: что делать, меня выгнали. Крест ставить не буду, бывает людей из команд и после первой игры выгоняют. И не только из «Волыни».

— «Волынь» выполнила все контрактные обязательства?

— Нет. Но я не хочу никуда никаких заявлений подавать. Мне это не нужно. Клуб мне пообещал рассчитаться, и я верю. Дали доверительное письмо. У меня в «Волыни» со всеми сложились хорошие отношения. Начиная от водителя автобуса и заканчивая женщинами, которые готовили нам в ресторане. Ни на кого обид особых нет.

— Если бы тебя Кварцяный вновь позвал в «Волынь» вернулся бы?

— Сейчас, наверное, нет. Может, что-то должно в жизни поменяться. Мы смеялись, когда Кварцяный в «дубль» переводил. Мол, пройдет две недели — и в составе на «Динамо». Теперь говорят, что на сборы с ними поеду.

— Как думаешь реально «Волыни» было в еврокубки попасть?

— Не хватило очков, потерянных с «Днепром». Там мы кучу моментов не реализовали, на три матча вперед. «Карпаты» могли обыграть. Потеряли очки, которые можно было и не терять. Пацанам пожелаю терпения, все будет у них хорошо. Болельщикам отдельный привет. С ребятами из фан-сектора общался. Приходил, просил песню «забарабанить». И пошла жара. Когда «Волынь» с «Олимпиком» играла в Киеве, встретился с фанами. Они все понимают, спросили как у меня дела, поддержали словом. Было приятно.

— Что произошло, когда фанаты за Кутаковым побежали?

— Сижу себе на замене, конец матча. Смотрю, парень с фаером бежит. Все выбежали на поле. Я тоже выбежал, кричу Кутакову: «Убегай, дядя. Сейчас торба будет тебе!». Не знаю, услышал ли он меня, но попер быстро. Мы потом поехали домой, я нашему пресс-атташе Юре Конкевичу звонил (он на стадионе был), чтобы узнать, как там обстановка. Ведь фанаты долго арбитров ждали для разговора. Они до ночи их там караулили. Все программы футбольные посмотрел, Кварцяный там рассказывал. Если Кутаков и убивал, то он делал это красиво, не подкопаешься. Да, некоторые фолы, которые можно не свистеть, он свистел. Но к этому не придерешься. На эмоциях все было. Игра за место в таблице и за еврокубки. Важно было уйти в отпуск с нормальным настроением.

Роман Бебех

СМИ: Кононов готовится возглавить киевское «Динамо»

26.06.2015, 13:05

Еще на эту тему

Самое интересное:

RSS
Новости
Loading...
Пополнение счета
1
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
2
Ваша карма ():
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Закрыть