После матча с «Миланом» «Удинезе» лишился двух игроков «осно..
«Барселона» впервые с 2009 года пропустила три мяча в чемпио..
shurik
На чемпионате мира в ЮАР узбекский рефери Равшан Ирматов отсудил пять поединков, включая матч-открытие мундиаля ЮАР — Мексика и полуфинальную встречу Уругвай — Нидерланды.
А по возвращении домой 32-летнего арбитра ждала еще одна награда — президент Узбекистана Ислам Каримов удостоил Ирматова почетного звания «Узбекистон ифтихори» (Гордость Узбекистана).
— Равшан, сейчас рады, что в 19 лет получили травму голеностопа и закончили карьеру футболиста?
— Известная поговорка «Что ни делается — к лучшему» мне близка. Хотя когда это случилось, мне было не до философских настроений. Травмировал голеностоп во время игры. Подлечился, затем снова угораздило то же самое повреждение получить. С футбольной карьерой пришлось заканчивать. Тогда отец и посоветовал попробовать себя в судействе.
— На Востоке если отец что-то решает, для сына это становится едва ли не руководством к действию?
— Решение я принимал самостоятельно. Отец, судья республиканской категории Сайфиддин Ирматов тогда завершал свою судейскую карьеру. Сейчас папа инспектирует матчи чемпионата Узбекистана. Сомнения же у меня были психологического характера. Сами знаете, как большинство футболистов относятся к арбитрам. Я же еще был в шкуре игрока. Но затем попробовал, мне понравилось. И потихоньку втянулся.
— Еще в союзные времена российские и украинские судьи с явной неохотой ездили судить в Узбекистан. Говорили, что народ там сильно горячий, нередко закидывали арбитров камнями. Какая сейчас обстановка на матчах чемпионата Узбекистана?
— Футбольная. Эксцессов нет. Профессиональная футбольная лига обеспечивает порядок. Чемпионат же у нас интересный — футбол в нашей стране вид спорта № 1.
— В Узбекистане после возвращения из ЮАР вас встречали как героя?
— Так нашу судейскую бригаду в составе соотечественника Рафаэля Ильясова и Бахадыра Кочкарова из Киргизии еще никто не встречал. Мы прилетели в Ташкент в пять часов утра. Там нас ждали руководство Федерации футбола Узбекистана во главе с президентом, около полусотни коллег и несколько сотен болельщиков. Чествовали в национальном духе. Честно говоря, я даже и не думал, что судей могут так встречать. А затем президент страны меня с Рафаэлем наградил. Это дало нам новые силы. Теперь мы должны не останавливаться и идти дальше. Не расслабляться, а добиваться новых успехов.
— Зепп Блаттер озвучил, что на подготовку судей к чемпионату мира в ЮАР было затрачено 40 миллионов долларов. Где вы готовились к мундиалю?
— На самом деле это был долгий процесс. Как только закончился чемпионат мира в Германии-2006, ФИФА составила расширенный список судей—кандидатов. В феврале 2007 года мы встретились на первом семинаре в Швейцарии. После этого были десятки семинаров, 3 турнира ФИФА — первенства мира среди 17-летних, 20-летних и клубный чемпионат мира. Так что мы провели очень хорошую подготовку, благодаря чему сумели достойно отработать на матчах в ЮАР.
— По знаку Зодиака вы — Лев. Это одна из причин вашей психологической устойчивости? Это помогает быстро принимать решения, не боясь последствий?
— На самом деле я не обращаю внимания на знаки зодиака. А психология — очень тонкий вопрос. И очень интересный. Я еще в институте никогда не пропускал занятий по психологии. И мне это тоже помогло. Судить стараюсь согласно своему восприятию правил в футболе. Даю то, что вижу. Никогда не закрываю глаза.
— Последний вопрос — на проверку чувства юмора. Вы никогда не работали в бригаде с ассистентом по имени Джумшут?
— (Смеется). Нет, такого не было. В нашей Федерации нет судей на линии по имени Джумшут. «Нашу Рашу» я под настроение могу посмотреть. Но в паре с Джумшутом никогда не работал. Так и напишите.
Максим Розенко
а так, для сведения её поклонников могу сообщить, что когда предки нынешних таджиков пользовались вилками при еде хвалёная Западная Европа ещё в звериные шкуры одевалась и питалась сырым мясом (руками).
Равшан Ирматов: «К вувузелам привыкали целый год»
Судья из Узбекистана Равшан Ирматов стал одной из самых популярных персон прошедшего чемпионата мира. На долю его бригады выпали пять игр, включая матч открытия и один из полуфиналов. В интервью редактору НФПМ.ру Максиму Березницкому он рассказывает о том, как были организованы подготовка к турниру и работа в ЮАР.
– Когда вы узнали, что уже точно поедете на чемпионат мира?
– 5 февраля. Эту дату невозможно забыть! Этот день был для меня одним из самых счастливых – ФИФА объявила окончательный список арбитров для Кубка мира.
– Безусловно, вы очень долго шли к этому дню. Насколько изменилась ваша жизнь с того момента, как вы были включены в расширенный список для подготовки, выросла ли нагрузка?
– Последние четыре года мы готовились к чемпионату мира, и нагрузка была очень большая. А после того, как был обнародован список из 30 судей, ФИФА ее еще и удвоила. Несмотря на то, что все мы живем на разных континентах, нас объединяла общая программа. Через специальный закрытый сайт мы каждый день просматривали учебные видеоролики и выполняли задания, отвечали на вопросы по правилам игры. Почти ежедневно мы этим занимались.
– Может быть, в вашем домашнем чемпионате вас стали меньше назначать на матчи, чтобы немного разгрузить?
– Нет, я бы не сказал. Я обслуживал примерно по четыре игры в месяц, и все продолжало идти, как раньше.
– Насколько часто вы общались с вашим персональным инструктором Виктором Колпаковым? Насколько полезно было это общение?
– С Виктором мы часто встречаемся на семинарах. Со своей стороны он также присылал различные видеоматериалы, мы их обсуждали, созванивались иногда. Можно сказать, примерно два раза в месяц мы с ним общались.
– Ваши отношения были, скорее, товарищескими, чем отношениями ученика и учителя?
– Можно сказать, что в первую очередь дружескими.
– Практически все отмечали, как спокойно и уверенно вы работали в ЮАР. Но это ведь только видимая сторона. Насколько на самом деле было тяжело справиться с волнением, насколько давила ответственность при подготовке?
– Ответственность была огромная, и давление было немаленькое, но я старался отключаться ото всех околофутбольных дел и концентрироваться исключительно на своей работе на поле. Даже звуки вувузел… Игроки с трех метров не слышали, что я им говорил громким голосом. И я тоже их не слышал – настолько мешали эти звуки. Старались не обращать на это внимания.
– Были еще какие-то проблемы во время чемпионата помимо вувузел?
– Нет, ничто не мешало работе. А к вувузелам мы были готовы. Целый год на каждом семинаре, на каждой встрече мы тренировались под их аккомпанемент.
– Во время чемпионата все судьи жили в одном месте?
– Да, все вместе жили в Претории. Организация была на высочайшем уровне, никаких проблем не возникало ни с транспортом, ни с тренировочными полями, ни с оборудованием. Жили на огромной территории, застроенной одноэтажными комфортабельными коттеджами. Были там восстановительный центр, игровые центры, бильярд, теннисные корты.
– Казарменным положением это не назовешь, но с другой стороны, вас ведь наверняка охраняли, ограничивали контакты с внешним миром?
– Исключительно в целях безопасности! Мы сами без необходимости никуда не выходили. Но такую возможность нам предоставляли – можно было отправиться в город, в магазины. При этом нас всегда сопровождали волонтеры, нам предоставляли машину. Территория, на которой мы жили, усиленно охранялась, и посторонний человек без соответствующей аккредитации попасть туда не мог.
– Наверное, журналистов к вам тоже не пускали?
– Да, к нам никто не заходил.
– Как были организованы занятия между матчами? Насколько они были интенсивными?
– Каждый день мы по три часа занимались на футбольном поле. Под громкие звуки вувузел. Ребята из местных детско-юношеских команд имитировали сложные моменты, а мы должны были выносить решения. В таком же режиме на тренировках разбирались ошибки, допущенные накануне в матчах турнира. Мы и видео смотрели, конечно, и обсуждали, но ФИФА старается сейчас все отрабатывать на поле. Команды 16-17-летних местных футболистов повторяли вчерашние ситуации, а мы должны были на скорости в них разбираться. Мы работали над симуляциями, контратаками, офсайдами.
– А вувузелы? На тренировках сидели люди с этими дудками?
– Нет-нет, это было записано заранее и транслировалось через динамики.
– Были в судейском лагере психологи?
– Обязательно! Было два психолога из бывших судей, поэтому они прекрасно понимали, что мы испытываем, что у нас творится в голове, особенно после ошибок. Они нам очень помогали, старались нас поддерживать, давали рекомендации. Это были наши друзья, члены нашей семьи. Непосредственно со мной работал испанец Мануэль Лопес.
– Проводился ли разбор матчей?
– Ответственным за разбор был россиянин Валентин Иванов, очень сильный специалист, который тонко разбирается во всех сложных моментах. И он нам очень здорово помогал, постоянно подсказывал. Если мы разъезжались по разным городам, постоянно созванивались, он давал свои советы.
– За сколько дней до матчей вам сообщали о назначениях?
– Обычно за три-четыре дня. Как именно делался выбор, мы не знали. Получив назначение, мы начинали работать по особому расписанию. С нами занимались пять инструкторов по физподготовке, для каждой группы программа была своя – для тех, кому до игры осталось три дня, два дня и один. Все эти группы тренировались отдельно, а все остальные продолжали работать в прежнем режиме.
– Вы прежде сталкивались с такой системой?
– Да. ФИФА на всех крупных турнирах это делает. А я прошел шесть серьезных соревнований, включая молодежный чемпионат мира и чемпионат мира среди клубов. Кубок мира в ЮАР стал для меня седьмым.
– В досье значится, что ваша основная работа – футбольный инструктор…
– Я действительно числюсь инструктором в республиканской школе футбола, но у меня практически нет времени этим заниматься. Все мое время поглощает занятие судейством, по сути, это и есть моя основная профессия, хотя в Узбекистане судьи профессионалами пока не являются. Но наша профессиональная футбольная лига думает на эту тему, прорабатывает этот вопрос, и в очень скором будущем мы перейдем к профессиональному судейству. Что же говорить о какой-то еще работе, если даже на семью и друзей у меня почти не остается времени! Во всяком случае, на протяжении четырех лет до чемпионата мира было именно так.
– Теперь будете готовиться к следующему чемпионату? Вы входите в «обойму»?
– ФИФА еще не публиковала списков кандидатов. Но в любом случае, для каждого арбитра теперь все начинается почти с нуля. Нужно снова работать над собой и доказывать свое право на участие в новом мировом форуме. Это будет основной целью.
– Сколько времени – за рамками чемпионата мира – вы тратите на физическую подготовку, теоретические занятия и так далее?
– В понедельник и вторник – занятия по физподготовке. В среду отдыхаю – например, посещаю бассейн. В четверг и пятницу снова тренировки – в субботу отдых. Примерно так. И это не одни только беговые занятия. У меня есть программа ФИФА, по ней я и работаю. Это позволяет в нужный момент выйти на пик формы. Эта программа расписана до мельчайших деталей – когда, что и как нужно делать.
– Как часто вы заглядываете в правила игры? Или вы знаете их наизусть?
– Стараюсь постоянно заглядывать в правила, чтобы освежить их в памяти.
– Находится ли в вашем графике время, чтобы изучать работу других судей?
– Стараемся смотреть футбол вместе с коллегами, при этом обращаем внимание в большей степени на работу судей, стараемся отмечать в ней лучшие моменты. У каждого судьи можно что-то взять для себя. И, конечно, отметить наиболее характерные ошибки, чтобы постараться самому их избежать.
– Достаточно ли высок уровень чемпионата Узбекистана, чтобы судья мог поддерживать себя в наилучшей форме? Много ли в этом турнире сложных для арбитража матчей?
– Я бы поставил наше первенство примерно на один уровень с южнокорейским. Тяжелых, напряженных матчей у нас очень много. Футбол в Узбекистане – спорт номер один, люди его любят и требуют побед от своих команд, особенно в принципиальных поединках. Всегда очень напряженно проходят ташкентские дерби между «Пахтакором» и «Бунедкором». В Долине у нас три команды, и когда они играют друг с другом, трибуны всегда переполнены. Так что в каждом туре три-четыре сложных матча есть, и поддерживать свою форму судьям удается без труда. ФИФА раздает нам специальные мониторы, которые одеваются на грудь и контролируют работу сердца, нагрузку на него. Так вот, на матчах узбекского чемпионата, о которых я упомянул, показатели ничем не отличаются от самых ответственных игр, например, азиатской Лиги чемпионов.
– Сколько всего в Узбекистане судей ФИФА?
– Шесть главных арбитров и восемь ассистентов.
– Есть ли среди них те, кто составит вам в будущем серьезную конкуренцию?
– Во-первых, мы никогда не смотрим друг на друга, как на конкурентов. Во-вторых, у нас есть также очень много талантливых молодых судей. И мы все стараемся поддерживать друг друга. Но дело не в том, есть ли у тебя в принципе конкуренты – дело в самом тебе. В том, насколько ты сам к себе требователен. Только от этого зависит твой рост в судействе.
2.Равшан Ірматов - один з найкращих суддів ЧС2010, на мою думку