Ровно 20 лет назад сборная Украины, обыграв в 1/8 финала ЧМ-2006 сборную Швейцарии (0:0, пен. — 3:0), вышла в четвертьфинал турнира. О том поединке и в целом о выступлении на чемпионате мира вспомнил бывший полузащитник украинской национальной команды Максим Калиниченко.
Максим Калиниченко— Перед стартом отбора на ЧМ-2006 Олег Блохин безапелляционно заявил, что сборная Украины выйдет на мундиаль с первого места. Максим, как вы тогда восприняли эти слова? Группа же была непростая — Дания, Турция, действующий чемпион Европы Греция, а вы как раз пропускали тот этап из-за рецидива травмы.
— Честно? Я тогда, как и все, подумал, что у Владимировича случился легкий перебор эмоций. Думал, хорошо бы нам хотя бы со второго места выскочить. Да и начинали мы тот отбор тяжело. Но шаг за шагом команда пошла вперед.
У меня тогда были другие задачи — я восстанавливался и горячо болел перед телевизором. Быть в стороне всегда тяжело, тем более когда это национальная сборная, а не клуб — тут тебя просто в какой-то момент могут перестать вызывать.
— Как вы узнали, что Блохин все же включает вас в финальную обойму на Германию?
— Пришел официальный вызов на подготовительный сбор в Турцию. Туда поехало много кандидатов, кажется, под 30 человек. Я сразу понял: это мой шанс. Очень обрадовался, ведь в клубе тогда была своя история: заболел, выпал из обоймы, где-то месяц мне вообще не давали играть. Я даже финал Кубка из-за этого пропустил, сильно разозлился на тренера. Ситуация была непростой, но сборная все перекрыла. Когда объявили окончательную заявку, кого-то из ребят отправили домой вместе с женами, а я остался. Понял — все, мы летим в Германию.
— Старт на мундиале выдался катастрофическим — 0:4 от Испании. Знаю, что Блохин на эмоциях хотел оставить команду. Помните тот момент?
— Каша после Испании началась еще та. Олег Владимирович на эмоциях собирался чуть ли не чемоданы паковать, поссорился с Григорием Суркисом: мол, если не устраивает моя работа — я уехал. А эмоциональность Блохина знают все, себя он точно любит больше, чем других. Поэтому он вскипел, когда руководство ФФУ начало ему пихать.
Тренеры в отеле жили этажом выше прямо надо мной. После игры было прекрасно слышно, как они там общались на очень повышенных тонах. Жесткая была ситуация, такого провала никто не ожидал. Но в итоге эмоции спали и все начали готовиться к Саудовской Аравии.
«Тренеры имели полное право нас распять, и они это сделали»
— Тренерский штаб устраивал разбор полетов после Испании?
— Чисто игрового разбора полетов почти не было, но разговор на повышенных тонах состоялся. Тренерам очень не понравилось наше отношение, они увидели безволие. Хотя, откровенно говоря, никто не собирался сдаваться — просто так сложились обстоятельства: быстрый гол, удаление, пенальти и пошло-поехало. Но тренеры имели полное право нас распять, и они это сделали.
Еще и пресса раскрутила историю: после поражения ребята пошли с женами поужинать, их кто-то сфотографировал с бокалами вина, с улыбками... Хорошо, что тогда не было инстаграмов и тиктоков. Это сейчас футболисты под бешеным давлением, их снимают на каждом шагу. Тогда же мы могли спокойно поехать в Берлин в выходной, пообедать в ресторане, и никто из этого не делал трагедии.
— Матч против Саудовской Аравии вы начали со старта. Как вы узнали, что будете играть в основе?
— Уже по тренировкам стало видно, что меня наигрывают в старт. Я чувствовал себя роскошно, форма была отличной. По совокупности факторов на 99% понимал, что буду играть против Саудовской Аравии. Поэтому готовился абсолютно целенаправленно.
— Против Саудовской Аравии (4:0) вы выдали матч всей жизни: гол и два ассиста. На поле тогда были глыбы — Шевченко, Ребров, Воронин. Как вы делили право исполнять стандарты?
— Штрафные Шева вообще никому не отдавал — там без шансов. (Смеется). Что касается угловых, то их мог исполнить я, Ребруха или Русик Ротань. Мы отрабатывали стандарты на тренировках, и я был первой опцией. Вообще, если у кого-то не идет — менялись. Помню, с Тунисом у меня подачи не пошли, а вот с саудитами все залетело как по маслу. Игра удалась, мы забили четыре мяча и вернули себе уверенность.
— Матч против Туниса (1:0) выдался невероятно вязким. Много спорили о пенальти на Шевченко. Что помните о той игре?
— Тунис тогда был очень крепким, игра получилась противной и тяжелой. А что касается пенальти — я вообще не понимаю, почему его называют спорным. Сейчас смотришь повтор — это железобетонная точка! Андрея ударили по ногам, он не рисовал фол. Возможно, немного подыграл падением, но контакт был стопроцентный.
В то же время нам тогда немного повезло: у Туниса удаление получил Жазири, да и в нашей штрафной мяч в руку Воронину попал, судья мог и пенальти свистнуть. Фортуна была к нам благосклонна, но мы это заслужили своей честной работой. Команда была настоящим монолитом. Конечно, разбивались на компании по возрасту или интересам: молодежь — отдельно, старшие — отдельно. Это нормально. Но на поле все грызлись друг за друга.
— После выхода из группы Блохин позволил команде расслабиться? Может, подключали немецкие связи Воронина, который тогда в «Байере» играл, чтобы организовал пива на команду?
— Нам в отель пиво привозили регулярно. (Смеется). Ко мне в Потсдам приезжало много друзей. Я всегда был с ними на связи: «Если едете мимо, заскакивайте в отель и не забудьте положить в багажник несколько презентов». Было жарко, пиво расходилось быстро. Вся команда знала, что у меня в номере всегда можно промочить горло. Никто не напивался в хлам, но по бутылочке после тяжелой тренировки — это святое.
Тренеры к этому относились абсолютно адекватно. Блохин, Баль, Кузнецов, Роменский, Альтман — все футбольные люди, все понимали. Никто по номерам не ходил и никого не выслеживал. Даете результат, выполняете задачу — делайте что хотите в пределах разумного. А вот уже после Швейцарии погуляли капитально! Приезжал Святослав Вакарчук, был роскошный банкет, все пели, кричали — настоящий праздник.
«Чисто нецензурные ощущения были у всей скамейки запасных»
— Когда в серии пенальти со Швейцарией Шевченко первым не забил, что подумали?
— Чисто нецензурные ощущения были у всей скамейки запасных. Смотреть на это было невероятно тяжело. Блохин вообще не выдержал — просто ушел в подтрибунку. Мы стояли и наблюдали. И тут выходит Миля и исполняет свою «паненку»! Мы просто охренели на лавке, а потом начали хохотать. Ворона ему после матча сказал: «Ты хоть понимаешь, что с тобой было бы, если бы ты не забил? Мы бы тебя прямо здесь и закопали».
Но психологически «паненка» была гениальным ходом, который сломал швейцарцев. Когда все закончилось, мы побежали устраивать кучу-малу, а кто-то из помощников сходил под трибуны и вытащил Блохина: «Все, Владимирович, расслабься, мы уже в истории!».
— Чего не хватило против Италии в четвертьфинале (0:3)? По счету разгром, но ведь и у нас моменты были серьезные.
— По моим ощущениям, матч с Италией вообще был для нас лучшим на турнире с точки зрения игры. Через годы пересматриваешь те матчи по ТВ — конечно, сейчас футбол другой, тогда у нас не было такой четкой тактической структуры, как требуют сегодня. Но моменты у нас были роскошные! Я добивал — Дзамбротта вытащил из пустых ворот, Гусин бил в штангу, у ребят были супершансы. Буффон головой о штангу ударился, когда спасал. Мы их минут пятнадцать просто топтали в штрафной площадке. А потом пропустили две контратаки — и все.
Особого разочарования не было, мы понимали, что прыгнули выше головы. Мы просидели на сборах и турнире полтора месяца. Морально команда была измотана до предела. Дошло до того, что все бешено хотели домой. После игры ребята подошли к руководству и попросили отменить все официальные мероприятия в Германии на следующий день, чтобы сразу вылететь чартером в Киев. Это было чисто эмоциональное выгорание, физически мы как раз были готовы отлично.
— Футболками с итальянцами менялись?
— Что интересно, многие наши ребята отказались меняться футболками с будущими чемпионами мира! На собственные футболки было столько заказов от друзей и родственников, что ребята говорили: «Нет, свои дороже, надо домой везти». Я же выкрутился — взял аж две итальянские: у Дзамбротты и Де Росси. Футболку Де Росси потом кому-то подарил, а вот Дзамбротты до сих пор дома лежит.
— Если бы вы выбирали лучшего игрока Украины на том турнире, кому отдали бы награду?
— Я бы всей команде раздал по награде. Хорошо сыграли все, и тренерский штаб нашел идеальный баланс, который позволял чувствовать себя свободно, но и требования были высочайшими. Это искусство — создать такую атмосферу. В каждой конкретной игре был свой герой. Не было футболиста-звезды, была команда-звезда.
Шевченко приехал после травмы, он только набирал форму по ходу турнира, но он был меганеобходим — даже травмированным Андрей отвлекал на себя внимание и выпил много крови у защитников соперников, что это развязывало руки другим.
«Нынешней сборной нужны «собаки», которые способны тянуть упряжку, когда все летит кувырком»
— Нынешнее поколение сборной Украины еще недавно называли самым талантливым в истории, но на чемпионаты мира они не пробиваются. Чего им не хватает по сравнению с вашей командой?
— Можно, конечно, по-стариковски поворчать, но главная проблема очевидна — нехватка лидеров. Одного вожака в команде мало. У нас лидером был каждый второй. Ребята приезжали из своих клубов — из «Динамо», «Шахтера», «Днепра» или из-за границы — и каждый был сформировавшейся личностью. Никто не пытался переложить ответственность на другого, каждый брал ее на себя и спрашивал прежде всего с себя.
Сейчас в сборной есть набор футболистов с роскошными скиллами и сумасшедшими данными, но стать лидером в трудный момент способен мало кто. Об этом и Яремчук говорил несколько раз. Ушли Ярмоленко и Степаненко, которые держали раздевалку, и возник вакуум. Андрею из-за возраста уже тяжело держать тонус и на поле, и в раздевалке одновременно. Когда игра не идет, нынешняя сборная действует слишком академично, временами даже боязливо — каждый будто снимает с себя ответственность. Нам нужны «собаки», которые способны тянуть эту упряжку, когда все летит кувырком. У нового тренерского штаба Мальдеры большая задача — откопать в ком-то эти лидерские качества.
— Кто-то из нынешнего состава вам лично импонирует? Судаков, Шапаренко, Забарный?
— Судаков и Шапаренко как футболисты со своими данными мне очень импонируют. Они могут обыграть, забить, но назвать их большими лидерами, которые ведут за собой команду в кризис, я пока не могу. Лидерство — это не про статистику, оно должно чувствоваться кожей.
Забарный — мегапрофессионал, но, как мне кажется, у него четкий психотип: он постоянно в себе, имеет личный план развития, строит карьеру в Европе и абстрагируется от внешнего шума. Вообще видно, что наши легионеры в первую очередь строят собственные карьеры. Кстати, то, что Мальдера собрал команду на подготовительный этап именно в Украине, несмотря на войну и логистику — это сильный ментальный шаг. Европейские клубы не в восторге, но для понимания реалий и сближения это очень правильно.
Из молодых мне очень импонирует Боря Крушинский из «Полесья». У него роскошные данные, я вижу в нем потенциал и задатки настоящего вожака. Главное — чтобы травмы не мешали, потому что на дистанции они его немного тормозят. Если пройдет этот этап — у него большое будущее.
Андрей Пискун
Подписывайтесь на Dynamo.kiev.ua в Telegram: @dynamo_kiev_ua! Только самые горячие новости
