Игорь Суркис: «Кому, как не Блохину, вывести команду из этого кризиса»

— Михайличенко вообще-то был отозван с должности спортивного директора для того, чтобы помочь Блохину быстрее адаптироваться к клубному футболу. Единственная моя вина — в том, что я не смог настоять, чтобы Михайличенко остался спортивным директором, потому что, например, Луческу и Рамос не смогли бы работать вместе. Михайличенко самостоятельный, сформировавшийся тренер, который работал в «Динамо», выигрывал чемпионство, играл в Лиге чемпионов. И на тот момент, когда с Олегом Владимировичем случилось несчастье, мне показалось, что временно заменить его на Алексея Александровича — это был правильный шаг, потому что кто-то должен был вести за собой команду. А когда Блохин выздоровел... наверное, были моменты, когда кто-то с кем-то не соглашался. Но я в Олега Владимировича верю, кому, как не ему, вывести команду из этого кризиса. Все покупки, сделанные летом, — сугубо под Блохина. А он должен оправдать этот кредит доверия своими победами.

Сегодня я впервые после поражений от «Металлиста» и «Генка» зашел к команде и сказал слова, которые, наверное, они хотели услышать: вас никто не осудит, даже если вы сегодня не выиграете, но оставите на футбольном поле все, что у вас есть, и частицу сердца, чтобы болельщики понимали, что вы все сделали для победы. Вот они и забили этот долгожданный мяч.

Скажу также, что у Блохина в контракте не прописано никакой компенсации после года работы. Поэтому то, что пишут, что я его не могу уволить, выглядит, по меньшей мере, смешно. Неужели я, потративший 50 миллионов, не могу выплатить какую-то компенсацию? Еще раз говорю: я верю в Блохина так же, как я верил в него мальчиком, когда он выходил на футбольное поле. Нравится это кому-то или не нравится, сегодня я хозяин клуба, я вкладываю в него деньги, душу и сердце. И даже при нашем противостоянии на футбольном поле Ахметов нашел слова, чтобы меня поддержать, за это ему огромное спасибо, — закончил Игорь Михайлович.