Вице-президент житомирского «Полесья» Александр Хацкевич — о своих функциях в клубе, трансферах, войне и нынешних реалиях украинского футбола.
Александр Хацкевич«Наша первая встреча с Буткевичем состоялась где-то за год до того, как он меня пригласил в команду»
— Александр Николаевич, в какой момент вы поняли, что готовы влиять на футбол не с бровки, а из управленческого кабинета?
— Я готовил себя к этому, еще когда работал в «Динамо», а потом у меня был опыт работы в командах, которые ниже по уровню — и я уже тогда понимал, что не все сводится только к тренерству. Все-таки должна быть структура в клубе, должна быть стратегия. Ты уже начинаешь осознавать, что хочешь понять футбол еще и изнутри. И уже к этому моменту начинаешь себя готовить. Для меня это не было чем-то новым.
Наша первая встреча с Геннадием Владиславовичем (Буткевичем, — президентом «Полесья», — прим. ред.) состоялась где-то за год до того, как он меня пригласил в команду. Он спросил, планирую ли я быть тренером или интересно какое-то другое направление. Я ответил, что хочу попробовать себя в футболе уже в другом статусе. Объяснил это так: «Если я к вам приду в „Полесье“, то точно не тренером». То же самое я сказал и Руслану Петровичу, и тренерскому штабу, когда мы встретились. Я определился, что в «Полесье» тренером не буду.
— Что стало для вас самым большим вызовом в роли вице-президента «Полесья» на данный момент?
— Этим испытанием стало общение с советом директоров группы BGV. Все-таки в «Полесье» построена работа так, что они видят футбол как бизнес. Понятно, что футбол в Украине — дело неприбыльное. Это достаточно большие затраты, но они хотят именно футбольные моменты поставить на рельсы бизнеса. Я им объясняю, как это устроено в футболе. Мне интересно учиться у них менеджменту, работать с людьми, вести переговоры — и все это выводить в KPI.
«Не все агенты, с которыми я общался, настроены так, чтобы было выгодно их клиенту»
— Какое решение в «Полесье» было для вас наименее очевидным, но стратегически необходимым?
— Понятно, что есть процессы, которые, на мой взгляд, недостаточно правильно выстроены. Я не буду касаться конкретных моментов, потому что это наше внутреннее. Но самое главное, что есть понимание. Мы уже выработали и краткосрочные и долгосрочные стратегии. Потихоньку начинаем выстраивать футбольные процессы внутри клуба — как они должны работать.
Все начинается с академии, а она у нас достаточно молодая. Там тоже нужно налаживать процесс. У нас есть и «Полесье-2», и «Полесье U-19». Вершина всего — это первая команда. Но клуб уже на таком этапе развития, что нам нужно выстраивать и внутренний, и внешний скаутинг. Эти моменты еще не до конца отшлифованы, но мы работаем шаг за шагом. Мы понимаем, куда идем и чего хочет от нас президент.
— Есть ли в этой роли вещи, к которым невозможно подготовиться даже с большим футбольным опытом?
— Как раз только что у меня был сложный переговорный момент с агентами. Не все агенты, с которыми я общался, настроены так, чтобы было выгодно их клиенту. Некоторые думают только о «сегодня и сейчас». Такие моменты достаточно тяжелые — когда видишь, что человек не до конца откровенен с тобой. У наших ребят разные агенты.
К одному обращаешься, к другому — со всеми можно найти диалог или компромисс, но это не всегда происходит так быстро, как хотелось бы. Здесь нужно учить себя терпению и выдержке. Бывают моменты, когда хочется, как в футболе, «прыгнуть с двух ног», оторвать ноги и уйти. Но ты понимаешь, что это невозможно, потому что на первом месте есть интересы клуба, поэтому должен вести себя деликатно.
— Вы более импульсивный в жизни?
— Нет какой-то одной черты, определяющей характер. Бываю импульсивным, бываю жестким, даже грубым. Но сегодня я понимаю, что нужно себя сдерживать и быть гибким. Должность заставляет.
«Хочу видеть «Полесье» стабильным клубом, который понимает, что нужно для спортивных достижений, чтобы команда была конкурентоспособной»
— Какое «Полесье» вы видите через 3−5 лет — спортивно, финансово, ментально?
— В спортивном плане хочу видеть «Полесье» стабильным клубом, конкурентоспособным на внутренней арене. Это борьба за титул, медали и постоянное участие в еврокубках. Надо идти постепенно, но цель — быть в группах Лиги конференций, Лиги Европы, а затем и Лиги чемпионов. Президент делает все возможное, чтобы команда как можно скорее достигла этого уровня. Что касается финансового будущего, то здесь много говорить не надо: наш президент вкладывает в команду огромные средства, и это видно невооруженным глазом по тому, что происходит в Житомире. Дай Бог, чтобы результаты подтверждали эти вложения. Мы должны не только брать, но и продавать продукт «Полесья».
— В чем главное отличие философии «Полесья» от традиционных украинских клубов?
— Если посмотреть на нашу команду, то у нас вектор на украинских игроков. Да, кому-то мы даем второй шанс, но главное — это «сила стаи». Я еще со времен «Динамо» помню атмосферу «Big Family» и всячески способствую тому, чтобы такой дух был и здесь. Это создается благодаря старшим ребятам — Руслану Бабенко, Евгению Волынцу. Даже легионеры, которые приходят, попадают в эту семейную атмосферу. Но профессиональные качества должны быть на первом месте. Президент предоставляет все условия, чтобы игроки ни о чем не думали, кроме тренировок. Поэтому мы имеем право требовать от них результата. Это баланс: семья и отношения.
— Существует ли для «Полесья» предел амбиций, или этот проект без «потолка»?
— Наверное, предела нет. Но амбиции все время должны подкрепляться результатами. Можно заявлять о чем угодно, но быть не готовым. Поэтому ограничений нет.
— У меня есть информация, что когда пришли Попов и Дубинчак в «Динамо», вы сказали: «Нам теперь лет пять чемпионства не видать». Как сейчас относитесь к ним?
— Давайте так: этого я точно не мог сказать, потому что я всегда уважаю любого футболиста. И плохих футболистов в «Динамо», когда я работал, не было. Они для меня были самыми лучшими. Это могло быть высказано в другом контексте, но сказать так, что вот пришел тот или иной футболист в команду — и нам не видеть чемпионства, с моей стороны было бы вообще непрофессионально.
— Способна ли УПЛ выйти из тени дуополии «Динамо» — «Шахтер» в ближайшее время?
— Я верю, что «Полесье» способно на это.
— Что сегодня больше вредит украинскому футболу: война, системные ошибки или кадровый дефицит?
— Война очень сильно влияет на все. На жизнь, в первую очередь. И от этого никуда не денешься. Системные ошибки? Каждый клуб делает свои ошибки, но главное, как он учится на них. Что касается футбола, то я бы на период военных действий убрал лимит на легионеров. Цена на украинских футболистов завышена из-за отсутствия конкуренции. Это лишь мое мнение.
«Кипр и Польша? Плохой опыт — это тоже опыт»
— У вас есть опыт работы за рубежом, а именно в Польше и на Кипре. Что можете вынести самое главное из этих периодов?
— Плохой опыт — это тоже опыт. На Кипре все было неплохо до тех пор, пока мне не сказали, что я должен играть в «фикс-геймы» — договорные матчи. Это не про меня. Поэтому наши отношения закончились очень быстро.
В Польше немного другая ситуация. Там клубы муниципальные, очень большое влияние руководства города. Сосновец — это небольшой шахтерский городок. Там люди не улыбаются. Когда пришел тренер-иностранец, потом много легионеров, а результата нет — началось напряжение. Во всех командах, где я тренировал или играл, было единство, стремление к одной цели, а в «Заглембе» я этого не увидел.
— Вот вы сказали, что на Кипре прямо говорили о необходимости сыграть с определенным счетом. Как вы это приняли? Ваша реакция?
— Ты понимаешь, что не можешь повлиять на эту ситуацию и изменить систему. Это система — и против нее бороться невозможно: ты либо принимаешь правила, либо нет. Я их не принимаю.
«Мы лет 5 назад со страхом могли подумать, что «Шахтер» или «Динамо» будут играть в Лиге конференций. Сегодня такие реалии»
— Чего украинским клубам больше всего не хватает в еврокубках — темпа, качества или психологии?
— Одно слово — мастерства. Общего командного устройства. Есть желание, импульс, но если нет мастерства, то, к сожалению, не будет и результата. Сегодня все научились перестраиваться тактически, функционально быть готовыми, но все равно, чтобы достигать результата, нужен класс.
— Насколько реалистично украинским клубам конкурировать с хорошо структурированными европейскими середняками?
— Сегодня конкурировать тяжело. Война, переезды — это очень влияет. Этот этап нужно пройти. Мы лет 5 назад со страхом могли подумать, что «Шахтер» или «Динамо» будут играть в Лиге конференций, а сегодня такие реалии. Нашим командам не хватает стабильности и мастерства на длительный период. Также влияет выезд молодых футболистов. Мы не можем предсказать, как это отразится в дальнейшем. Большинство этих ребят не вернется, потому что если ты попал в систему другой страны — все. Чем раньше футболист уехал, тем труднее его вернуть.
— Какие европейские клубные модели вам сегодня ближе всего по логике построения?
— Есть модель «Реала» — они покупают готовых звезд, которые уже сегодня будут выигрывать. Есть модели «Аякса» и «Ред Булла» — они работают на развитие молодежи, дают результат и продают, иногда «падая» на 2−3 года для выращивания нового поколения. В Англии есть команды, дающие игрокам второй шанс.
В «Полесье» мы хотим, чтобы клуб был стабильным, поэтому должен быть симбиоз опыта и молодежи. Конечно, хотелось бы, чтобы академия давала местных игроков. Мы кому-то даем второй шанс, кого-то берем в аренду, кого-то покупаем — но уже есть понимание, что должны брать футболистов, которые будут давать результат уже сегодня.
«Чтобы продавать футболистов в европейские чемпионаты, надо играть в Европе, сегодня украинский чемпионат не продается»
— Можно ли в Украине построить клуб, который будет стабильно продавать игроков в топ-лиги?
— Чтобы продавать футболистов в европейские чемпионаты, надо играть в Европе. Сегодня украинский чемпионат не продается. Если сравнить с нашими соседями-поляками — они сохранили очень многое после чемпионата Европы: стадионы, инфраструктуру. Они продают свой продукт. Сам футбол там не слишком высокого уровня — я вообще забыл, когда польская команда играла в Лиге чемпионов. У них даже в Лиге Европы команд нет, играют в Лиге конференций.
Но они продают заполненный стадион, инфраструктуру, шоу — вот к этому нужно стремиться. Да, мы не можем сегодня заполнить наши стадионы, но мы помним лучшие времена, когда украинский продукт продавался, и УПЛ имела очень высокий рейтинг. Сегодня надо хотя бы держать тот уровень, который есть, не падать ниже, а впоследствии — только вверх.
«Сборная Украины все еще в игре, и имеет возможность попасть на Чемпионат мира»
— Как вы оцениваете работу тренерского штаба Сергея Реброва в сборной в нынешних условиях?
— Я не могу оценивать. Есть Андрей Николаевич Шевченко, есть комитет, который оценивает работу. Я могу лишь сказать — мы все еще в игре, Украина еще имеет возможность попасть на чемпионат мира. Если ребята это сделают, это будет большим подвигом.
— Реальны ли, по вашему мнению, шансы Украины выйти в плей-офф чемпионата мира? Уже в марте нам играть стыковой матч со Швецией, а затем с победителем пары Польша — Албания.
— Знаете, здесь все решает одна игра. Это как когда желают много здоровья или богатства... На «Титанике» тоже большинство были здоровыми и богатыми, но выжили не все. Поэтому надо пожелать еще и удачи. В таких играх без фарта на твоей стороне не обойтись.
«Если вы хотите повысить популярность блюда за счет фамилии Хацкевича, нужно, чтобы это было еще и вкусно»
— Что в современном футболе вам нравится меньше всего?
— Стало слишком много «нефутбольных» людей в футболе в Украине.
— Я знаю, что в одном заведении Киева есть блюдо, а именно деруны, названное в вашу честь. Как относитесь к такому признанию?
— Я когда попробовал, то сказал: «Если вы будете добавлять туда муку, я расстреляю этого повара!» (Смеется). Потому что если вы хотите повысить популярность дерунов за счет фамилии Хацкевича, нужно, чтобы это было еще и вкусно. Мне сейчас говорят, что рецепт изменили и муку больше не добавляют. Надо будет еще раз зайти попробовать (улыбается).
— Через 10 лет, кем вы хотите, чтобы вас вспоминали — тренером, менеджером или человеком, который менял подход?
— Для кого-то я останусь тренером, хорошим или плохим. Я знаю, что свою работу делал профессионально. Менеджером я себя пока полноценно назвать не могу. Думаю, со временем выберу третий вариант — человек, который менял подход. Именно к этому нужно стремиться.
Кристина Пастухова
Подписывайтесь на Dynamo.kiev.ua в Telegram: @dynamo_kiev_ua! Только самые горячие новости
× 5
Загрузка комментариев
