Полузащитник «Динамо» Александр Пихаленок дал интервью Денису Бойко на Youtube-канале последнего.
Александр Пихаленок— Давай, наверное, начнем с самой близкой, самой актуальной темы. Это победа, ваша победа в Кубке Украины. Поздравляю тебя с этой победой. И вот хотелось бы, наверное, первый вопрос: улучшила ли эта победа весь, будем говорить откровенно, неудачный сезон киевского «Динамо»?
— Спасибо за поздравления. Я думаю, что немного, может, скрасила этот неудачный сезон. Но как для киевского «Динамо», что четвертое, что третье, что второе место — я считаю, что это провал. Но в Кубке мы достаточно хорошо выступили, победили «Шахтер» на стадии 1/8 финала и, я считаю, что полностью заслуженно выиграли Кубок.
— Давай тогда еще к Кубку, потому что о сезоне «Динамо» мы поговорим более детально. «Чернигов» удивил, если честно.
— Да. Мы, когда их смотрели с «Металлистом», они играли… Понятно, что там было раннее удаление, но очень организованная команда, которая пытается играть в футбол. То, что мне у них понравилось — они не просто бьют мяч вперед, а пытаются играть в короткий пас. А уже когда ситуация требует, тогда играют на центрального нападающего, сбрасывают и выбегают. Но мне очень понравилась эта команда, и желаю им только успехов.
— «Чернигов» сравнял счет в первом тайме, и был момент почти в конце тайма, когда Безбородько выходил один на один и не реализовал этот выход. Немного екнуло у вас?
— Да конечно, екнуло. Мы еще в перерыве спрашивали у судьи: «Был офсайд?» Он говорил: «Нет». Они уже нарисовали линии. И если бы он забил, второй тайм был бы очень веселый. И мы не знаем, что могло произойти. Все что угодно могло произойти.
— С какой установкой вы выходили на второй тайм?
— Как и в первом — все делать так же, давить. Мы же в первом тайме сколько моментов не забили — три или четыре 100-процентных. Но это финал. Здесь могло случиться что угодно.
— Конечно, могло случиться что угодно, но в перерыве ничего почти не изменилось?
— Только что надо было спокойнее реализовывать свои моменты. И все. Так и произошло.
— Давай откровенно. Были ли после первого тайма мысли о том, что может быть серия пенальти? Дополнительного времени же не было. Я знаю, что вы детально разбирали полуфинал с «Металлистом», когда «Чернигов» выдержал натиск вдесятером и дотянул до пенальти. Были мысли, что такое развитие событий возможно?
— Мы очень не хотели пенальти, если честно. Потому что там что угодно могло произойти. Но пенальти тоже тренировали, то есть готовились.
— «Динамо» благодаря победе в Кубке попадает в квалификацию Лиги Европы. Ты осознаешь, какой путь ждет команду? Это же начало с четвертого раунда, переезды, тяжелая подготовка…
— Да, я об этом знаю, потому что это уже не первый раз у меня такое. И с первого раунда будет очень тяжело проходить, потому что надо сыграть восемь матчей, чтобы попасть: первый, второй, третий раунд и плей-офф.
— Четыре стадии.
— Да, четыре стадии. Будет очень непросто. Надо хорошо подготовиться на сборах и провести хорошую предсезонку, чтобы она дала нам хороший толчок. Ну, будем смотреть. Тяжело.
— Но желаю, чтобы киевское «Динамо» все же квалифицировалось в групповой этап Лиги Европы.
— Я очень хочу именно в Лигу Европы, потому что там команды очень классного уровня и близки к уровню Лиги чемпионов.
— Тему Кубка мы прошли, а теперь хочется спросить тебя: как ты сам охарактеризуешь весь сезон киевского «Динамо»?
— Если честно, очень непростой сезон у нас был. И тренер поменялся: сначала был Александр Владимирович Шовковский, потом пришел Игорь Владимирович Костюк. Поэтому для нас это очень непростой сезон. Хорошо, что провели хорошую подготовку зимой, но все равно проиграли свои матчи, которые нельзя было проигрывать: и «Металлисту», и «Карпатам». Да и «Шахтеру» тоже проиграли такой матч, когда в первом тайме могли забивать свои моменты, а вышли на второй тайм и просто пропустили два лишних гола, которых вообще не должно было быть. Поэтому я считаю, что это непростой сезон и в еврокубках, и в чемпионате. И, если честно, это провал для такого клуба, как «Динамо». И только Кубок немного сгладил эту ситуацию. Но надо хорошо поработать летом, чтобы следующий сезон был намного лучше.
— Ты сказал о смене тренера по ходу сезона. Насколько сильно и в какую сторону это повлияло на «Динамо»?
— Смена тренера — это всегда толчок для команды. Изменились и тренировки. Если у Александра Владимировича Шовковского были более объемные тренировки — по 7 км, большие дистанции, упражнения, где много бегаем, то у Игоря Владимировича Костюка больше работы на маленьком пространстве. Километраж немного меньше. Бывают, конечно, тренировки и по 7 км, но есть и по 4 км, где просто играем в квадратах, в удержание мяча. Вот это изменилось.
— Но не будем забегать вперед, в лучшую или не лучшую сторону.
— Да. Будем смотреть уже в следующем сезоне. Конечно, мы выиграли Кубок, это немного скрасило ситуацию, но еще много работы впереди.
— Когда пришел Игорь Владимирович Костюк, все заметили: и болельщики, и эксперты, и сами футболисты — появилось намного больше молодежи в команде. Как найти баланс между молодежью и опытными футболистами?
— Если честно, у нас очень хороший коллектив. Молодые ребята все перспективные, хорошего уровня. Но как по мне, когда подпускают очень в большом количестве — это немного неправильно. Мне кажется, когда трех-четырех — это нормально, а когда уже на тренировке 8-10 молодых игроков… Может, это немного неправильно, но я не могу это осуждать. Это мое мнение.
— А как искать баланс?
— Хорошо, что в команде есть опытные игроки — Ярмоленко, Буяльский, Караваев. Я тоже помогаю молодым ребятам. Если делать ставку только на молодых, то будут вот такие качели. Не будет стабильности. Надо найти золотую середину. Потому что если будет большое количество молодых игроков, то будет очень тяжело. Но все ребята — Пономаренко, Редушко, Захарченко — перспективные, классные люди. С ними приятно пообщаться, пошутить. Просто надо найти эту золотую середину.
— По твоему мнению, чтобы выиграть чемпионство и хорошо выступить в еврокубках, «Динамо» нужно усиление иностранцами?
— Исключительно с молодежью будет очень непросто. Я все равно считаю, что нужны минимум два-три иностранца очень хорошего уровня, чтобы бороться за чемпионство и выступать на трех фронтах — Кубок, чемпионат, еврокубки. Должны быть как минимум два состава хорошего уровня. И тогда что-то может получиться.
— А если играть только молодыми?
— Будет очень непросто. Но это футбол — все что угодно может быть. Может, через год встретимся и молодежью выиграем все, что можно. Включая Лигу Европы.
— Матвей Пономаренко — лучший бомбардир чемпионата. Как ты оцениваешь его влияние?
— Влияние большое, потому что он почти в каждой игре забивает. И в 20 лет это, как по мне, космос. Он большой молодец, работает над собой. Желаю ему только успехов. Думаю, еще год-два — и надо ехать рвать Европу.
— Кто еще из молодых тебе нравится?
— Мне Редушко нравится. Очень классный пацан и хороший игрок. Хорошо, что ему дают время играть и развиваться. Думаю, он еще себя покажет.
— В следующем году «Динамо» исполнится 100 лет. Насколько это будет давить на клуб?
— У «Динамо» всегда есть давление. Но именно в 100 лет, я думаю, будет максимальное давление и большая ставка именно на чемпионат, потому что очень хочется вернуть чемпионство в Киев.
— Справедливо ли, по твоему мнению, чемпионство «Шахтера» в этом сезоне?
— Полностью заслуженное. Они хорошо провели сезон, и вопросов нет. А мы, ЛНЗ, «Полесье» — все очень много очков потеряли там, где не надо было. Мы, например, пять матчей подряд сыграли вничью, дома потеряли очки с «Ворсклой», проиграли «Карпатам», «Металлисту». Очень много потеряли. А чемпионат состоит из того, что за матчи с «Шахтером», «Полесьем» или ЛНЗ дают такие же три очка, как и за «Ворсклу» или «Кудривку».
— Вернемся немного в прошлое. Ты сам из Донецка. Как попал в структуру «Шахтера»?
— Мой отец играл в футбол, потом перешел в футзал. Если бы не он, не знаю, как бы сложилась моя карьера. Он привел меня на просмотр в «Шахтер» в пять лет. Но он сторонник «Динамо».
— И ты пришел в форме «Динамо».
— Да. В форме Андрея Шевченко, 10-й номер. Это была моя первая форма.
— И какая была реакция?
— Только тренер у отца спросил: «Вы из Киева?» А он ответил: «Да нет, мы тут 10 минут рядом живем». И все. Реакция была абсолютно адекватная.
— Папа много тебя тренировал?
— Очень много. Что я только не делал с мячом: жонглировал, останавливал. Мы становились на горке в Донецке и пасовались в два-три касания на большом расстоянии. Очень много времени он меня тренировал.
— Что помнишь о 2014 годе?
— Это очень болезненная тема. Мы заканчивали 11-й класс, уже был комендантский час в Донецке. Через две недели должны были ехать в Киев на финальную часть. И уже тогда было страшно: танки стояли, стрельбу слышал. Было ощущение, что не знаешь, вернешься домой или нет.
— А юношеские команды «Шахтера» где базировались после этого?
— U-17 сначала были в Счастливом, а U-19 и дубль какое-то время в Полтаве.
— Ты дошел с «Шахтером» до финала Юношеской лиги чемпионов. Что помнишь об этом пути?
— Классный период был. У нас тренер Валерий Сергеевич Кривенцов — очень классный специалист. Он отлично разбирал соперников. Мы дошли до финала, выиграли чемпионат U-19. В четвертьфинале играли с «Бенфикой», потом был «Андерлехт», а в финале — «Челси». И, если честно, «Челси» была одной из сильнейших команд, против которых мы играли.
— Чего не хватило в финале?
— Думаю, немного лучше сыграть в обороне всей командой. Очень грустно было проигрывать финал. Я тогда помню, что плакал.
— Почему, по твоему мнению, не так много украинских талантов доходят до топового уровня?
— Мне кажется, это менталитет. В Европе с детства учат быть профессионалами — питание, режим, отношение к себе. И еще очень сложный переход из детского во взрослый футбол. Это самый главный этап. У меня, когда я перешел из дубля «Шахтера» в «Мариуполь», первые полгода были очень сложные. Не хватало именно мужской борьбы. Во взрослом футболе другие скорости, другая жесткость. Но потом адаптировался и стало намного лучше.
— После финала Юношеской лиги чемпионов тебя не звали в другие клубы?
— Была ситуация, что директор академии «Реала» подходил к нашим руководителям и спрашивал обо мне. Но ему сразу сказали: «Мы никого не отдаем».
— Ты находишься в структуре «Шахтера». Клуб развивается, хорошие условия, все классно. Но, глядя на первую команду, где было огромное количество иностранцев, на которых, в принципе, делали ставку для достижения результата, у тебя не было мысли или страха, что ты не сможешь заиграть именно потому, что ставку на украинцев не делают, а делают на иностранцев? И тебе придется искать свой шанс, как и произошло, в другой команде?
— Да нет, страшно не было. Но, конечно, в «Шахтере» много внимания уделяли бразильцам. Так было до полномасштабной войны, до 2022 года все время так было. Это потом уже год-два почти только украинцы играли.
Поэтому у меня такого не было, что страшно, что я не заиграю. Да, конечно, на тот момент я очень хотел заиграть в «Шахтере». И даже когда мне уделяли на поле немного времени — 5-10 минут — я старался использовать его по максимуму.
Потому что, если честно, сейчас мне кажется, что некоторые ребята не ценят то, что имеют. То, что у них есть возможность играть. Вот берем «Динамо», где я сейчас. Есть молодые ребята, которые не ценят то время, которое им дают. И они думают, что этого времени у них еще будет очень много.
Поэтому мне кажется, что надо хвататься за тот шанс, который у тебя есть. Потому что, как показывает мой пример, тебе могут дать 5-10 минут и потом даже…
Но я, когда вернулся после «Мариуполя», Каштру на меня рассчитывал. Просто так получилось, что травма выбила меня из колеи. А первые четыре-пять игр я еще выходил, играл на замену постоянно, и он меня потом уже в «Днепр-1» не хотел отпускать.
— Самый сильный легионер, которого ты видел в донецком «Шахтере», когда там находился?
— Мне очень нравится Марлос. Когда он в прайме — мяч просто нереально у него отобрать.
— Такой себе Лионель Месси.
— Я думаю, Марлос, Тайсон. Да там такой состав был — Бернард, Фред, кого ни назовешь — просто космос. Я помню, выходим на тренировку, а они там состав на Лигу чемпионов наигрывают.
И мы тоже были — опытные ребята, центр поля. Я помню, иногда очень сложно было просто дойти до их ворот. Тогда был Фонсека, и мне у него нравилось, что он очень хорошо поставил игру без мяча, именно 4-4-2, этот средний блок. Было очень непросто пройти.
— Именно при Фонсеке ты дебютировал в футболке «Шахтера» в матче с «Александрией». Вспомни свой дебют. Как ты узнал, что выйдешь?
— Мы приехали, по-моему, или U-19, или дубль — уже не помню — играть последнюю игру во Львов. И что-то там поменялось в первой команде — может, поотпускали ребят. И мне звонит тренер Валерий Сергеевич Кривенцов и говорит: «Ты завтра едешь за первую команду играть».
У меня эмоции просто… Я не знал, что делать. Первый раз. А играли в Александрии. Мы сначала добрались до Киева, потом уже дальше. Я помню, Фонсека тоже хорошо относился ко мне. И когда выходил на замену, очень долго мне все рассказывал Игорь Дулай, переводил. Эмоции тогда были невероятные. Я был, наверное, самым счастливым человеком.
— Чем тебе запомнился Фонсека как тренер и как человек?
— Если честно, очень порядочный человек. И Фонсека, и Каштру — очень классные люди, открытые, откровенные. Если что-то не нравится — они скажут. Если надо похвалить — похвалят.
Как тренер — мне очень понравилось, как команда играла без мяча. Было очень много теории именно игры без мяча. А с мячом, мне кажется, им не надо было много давать — там такие виртуозы были. А вот без мяча он поставил очень хорошую игру. И он требовал современный футбол — чтобы все как атаковали, так и защищались.
— В следующем сезоне ты почти не играл. Рассчитывал на большее?
— Тяжелый вопрос. Но я думаю, что просто было много игроков в центре поля. И в «Шахтере», как и в «Динамо», всегда нужен результат. Поэтому молодых ребят тогда не так подпускали. Только в конце сезона немного мне времени дали — и все.
— Кто был твоим конкурентом на позиции?
— Фред, Тайсон, Алан Патрик, Виктор Коваленко, Майкон. Очень хорошая конкуренция была.
— Уйти в аренду в «Мариуполь» — это было больше твое решение?
— Они предложили, а я согласился. Потому что я понимал, что мне пора переходить во взрослый футбол. Если есть возможность уйти в Премьер-лигу и показать себя — надо идти. Я всегда за футбол. Не понимаю, когда ребята просто отсиживают контракт. Особенно молодые. Надо всегда играть. Ты же пришел в футбол, чтобы играть, а не сидеть.
— На тот момент «Мариуполь» уже считался фарм-клубом «Шахтера». Какое твое отношение к таким клубам?
— Если брать именно связку «Шахтер» — «Мариуполь», то для «Шахтера» это классно. Ты можешь отправить молодых перспективных ребят в аренду, чтобы они получили опыт в Премьер-лиге и даже в еврокубках. Мы же тогда еще и квалификацию еврокубков играли. А вот для конкурентов, думаю, это не очень хорошо. Потому что все понимают: ребята из «Шахтера» всегда будут биться, особенно против «Динамо».
— А вообще нужны такие фарм-клубы?
— Если и делать такой клуб, то ставить какой-то лимит. Потому что у нас в «Мариуполе» было 10+ арендованных игроков, которые еще и не могли играть против «Шахтера». И потом, когда матч против «Шахтера», выходили ребята из дубля. Можно делать лимит на арендованных игроков. Или делать вторую команду в Первой лиге, чтобы они не пересекались.
— У «Динамо» и «Шахтера» так когда-то и было — «Динамо-2», «Динамо-3».
— Да, и это был хороший путь для развития молодежи. Потому что первая лига — это уже взрослый футбол. Там уже мужики играли, не детский футбол.
— Первые еврокубки на взрослом уровне были именно в «Мариуполе». Насколько уровень отличался от юношеской Лиги чемпионов?
— Уровень был выше. Особенно в плане силовой игры. В Юношеской лиге чемпионов тоже были сильные ребята. Помню Лофтус-Чика — просто машина. Но взрослые еврокубки — это другой уровень.
Помню, поехали играть с «Юргорденом» в Швецию. Атмосфера — просто бомба. Стадион поет, все прыгают. Такого у меня еще не было. И поле там было искусственное, последнего поколения. Они его поливали, чтобы мяч летал.
— А потом был «Бордо». Кого помнишь из того состава?
— Тчуамени был молодой, Жюль Кунде, Плашил. Хорошая команда.
— Как вы добирались на матч с «Бордо»?
— Это была отдельная история. Мы же играли домашние матчи в Одессе. Сначала автобусом ехали до Запорожья. Из Запорожья летели во Львов. Во Львове переночевали. Потом летели в Германию. А чартер был… Ну как «Богдан» с крыльями. Самолет так трясло, что страшно было.
Мы прилетели в Германию, а тамошние работники были в шоке. Говорили, что у самолета какие-то проблемы. Но как-то долетели до Бордо. Двое суток добирались.
— Но с «Бордо» вы неплохо сыграли.
— Да, особенно дома. Мы даже где-то на равных играли. У меня был хороший момент во втором тайме. Бабич очень хорошо разбирал соперников. Если против более слабых играли в четыре защитника, то против сильных перестраивались в пять — 5-4-1 или 5-3-2. И за счет этого мы неплохо выглядели.
— Как тебе формат чемпионата с разделением на шестерки?
— Если вернуться назад — было интереснее. Ты мог за сезон четыре раза играть против «Шахтера» или «Динамо». Для уровня чемпионата это плюс. Но если не попадаешь в первую шестерку — уже такой себе вайб. Если команд мало — лучше делить на шестерки. А если есть 16-18 конкурентных клубов — тогда лучше просто два круга и ничего не выдумывать.
— Слушай, давай больше возвращаться к футбольной составляющей. Ты когда-то рассказывал, что команда была очень обижена на Йовичевича, когда он ушел в «Шахтер». Расскажи, почему это произошло и как это происходило, какие тогда были разговоры?
— Это же когда началась война, он уже выехал, как я и сказал. А потом, когда уже начали потихоньку собирать команды, Йовичевич принял решение, что он переходит в «Шахтер». Он с сыном очень хорошо общался и каждому футболисту звонил, ну и об этом говорил.
Ну и мне сказал тоже слова: «Шахтер будет играть в Лиге чемпионов. Вы меня должны понять, это моя мечта. Тем более у меня там контракт как закончился, не закончился — я точно не помню, но я принял такое решение». Да, ребята немного обиделись, потому что мы там немного… ну как раз подбирали команду под него, под тот футбол. И у нас была очень хорошая команда, как я показал в следующий сезон.
И, конечно, хотя если бы остался Кучер, заняли бы мы второе место — кто знает, может, мы выиграли бы чемпионат, а может вообще были бы там на восьмом. Это футбол, никто не знает, как было бы. И большая благодарность Кучеру Александру Николаевичу тоже за то, что он сделал для нашей команды.
А я помню наш первый матч против Йовичевича, как мы на него настраивались. Ну, что-то необычное было. Ну там просто можно… ну ты играешь против «Шахтера», мы в Ужгороде играли. Вам без разницы, что это был «Шахтер». Главное, что там был… мы играли против Йовичевича тогда, не против «Шахтера».
Мы просто их… ну хотя мы первыми пропустили, но мне кажется, что мы ни одной борьбы тогда не проиграли. Мы просто «шарашили». Ну просто тогда никакой тактики, ничего не было.
А вы между собой договаривались об этом? Вот что, пацаны, надо выйти и именно потому что… хочу отдать должное Сане Сватку. Он, как по мне, такой настоящий капитан команды. Он умеет ее собрать и когда надо — ее «напихать». И он тогда очень хорошо зарядил. Ну и это была его инициатива.
Ну и его инициатива тоже была. И он там, хотя каждый понимал, что это за игра… против кого мы играем, но он еще, знаешь, подсыпал масла. И ну и все — и пошло, поехало. И тогда мы полностью заслуженно эту игру выиграли.
— Когда начали появляться уже финансовые видимые проблемы в «Днепре-1», как это влияло на игроков?
— Да, конечно, негативно влияло, потому что когда, особенно там семьи, дети, а там у тебя задержка по три, по четыре месяца — это же вообще ненормально, когда ты не можешь… ну получать зарплату. Ненормально — это 11 месяцев, а три-четыре еще можно немного терпеть, но я шучу, я понимаю.
— Да, да. Ну и вы немного другие деньги зарабатывали в том чемпионате.
— Да что говорить? Как по мне, это вообще… я этого не понимаю, когда вы делаете команду и не платите зарплату ребятам. Вы делаете бюджет на год и из этого делаете команду, а не просто наобещали зарплат и потом не можете платить. Я этого вообще не понимаю.
— Когда окончательно вы поняли или вам сказали, что команда полностью угасает и скорее всего все рушится и прекратит существование?
— Да летом 24-го мы последнюю игру сыграли против «Черноморца» на выезде и все говорили: «Все, команда на следующий сезон будет 100%». Все нам говорили, но слухи уже ходили, что скорее всего команды не будет. И что говорить — просто начали с ребятами, с некоторыми разрывать контракты, некоторых продавать и все. И команда так просто исчезла.
— За период игры за «Днепр-1» были ли у тебя предложения из-за границы?
— Да, были. «Жирона» было предложение как раз, когда Тема переходил. Они хотели нас двоих, но в «Днепре» сказали, что если мы сразу двух ключевых игроков отпустим — будет очень сложно. Тему продали, меня оставили. Потом из Америки у меня было одно предложение. Если честно, вот именно конкретика была у «Жироны» и из США.
— Какая задолженность перед тобой остается на сегодняшний день?
— 90 000 долларов.
— А сейчас как-то продвигается это дело?
— Ну, нет смысла… нет, есть смысл. Мы выиграли это дело, должны отдать, но они банкроты. Я не знаю, как это дальше будет, если хоть какую-то долю отдадут.
— Как появилось предложение от киевского «Динамо»?
— Да это где-то около двух недель все было. Сначала самый первый, кто мне позвонил, это был Игорь Михайлович Суркис. Мы с ним очень хорошо пообщались. И я еще тогда не дал свое согласие на переход. А потом уже «Шахтер» подключился. И это где-то через дней пять. Потому что это только закончился чемпионат, и меньше недели прошло. И у меня просто следующие две недели телефон был… я просто его «приклеил скотчем», можно сказать. Я просто ложился спать и хотел его выключить, потому что очень много звонков было. Ну только из «Динамо», «Шахтера». Всем же интересно, куда я перейду.
Потом через 5 дней позвонили еще из «Динамо»: «Мы тебя тоже хотим». Я уже знаю, что ты там общаешься, но хотим тебя. Ну я им тоже этот вопрос задал: потому что я уже с «Динамо» общаюсь, или реально хотите. Они сказали, что каждый сезон хотели меня купить, но «Днепр» называл космические суммы. Хотя у меня была клаусула 6 миллионов. Но они не были готовы платить. И Дарио тоже говорил: «Если бы мы знали, что ты за столько… мы бы сразу взяли».
— Что самое главное повлияло на твое решение перейти в «Динамо»?
— Разговор с президентом, с Игорем Михайловичем Суркисом, с Андреем Ярмоленко. И с семьей тоже долго говорили.
— Семья что говорила?
— Ну все были больше за «Динамо». Я все взвесил и понял, что мне лучше в «Динамо».
— Финансовые условия обсуждали?
— Да. У «Шахтера» было больше. Не намного, но больше.
— Какие эмоции были от дебюта за «Динамо»?
— Мы играли против «Партизана». Просто переехали их 6:2. Я забил тогда в конце матча. Эмоции переполняли. Я только сейчас осознаю, как это было сложно. Это невероятное достижение. У нас была очень сильная команда, два равных состава. Это очень помогло.
— Что сломалось в следующем сезоне?
— Если честно, сложный вопрос. Не знаю точно.
— Было ли давление в «Динамо»?
— Да, есть всегда. В таком клубе оно еще больше. Я отношусь к нему осторожно, чтобы не влияло на игру.
— Первая игра против «Шахтера» в футболке «Динамо».
— Такие же эмоции были, как и всегда — проявить себя и победить. Это дерби — это невероятно. Я почувствовал это, особенно когда Каба забил на 90-й минуте. Это просто эмоции.
— Правда ли, что Караваев может перейти в «Шахтер»?
— Если честно, ему будет сложно. Очень большое давление, особенно от болельщиков «Динамо». Но это его жизнь, ему решать.
— Победа в чемпионате без поражений.
— Это невероятное достижение. Очень сложный сезон.
— Почему не вышли на ЧМ?
— С Уэльсом — не наш день. Много моментов, но не забили. Со Швецией — может, не хватило эмоционального заряда.
— Детская футбольная школа.
— Это для детей от 2 до 7 лет. Это больше для развития, чем бизнес.
— Барбершоп до сих пор актуален?
— Да, есть такая мысль. Но не скоро.
— Будущее после карьеры?
— Хочу быть тренером. Мне это интересно. Или аналитиком. Я уже сейчас делаю заметки, анализирую тактику, прессинг, выход из обороны.
Дeнис Бойко
Подписывайтесь на Dynamo.kiev.ua в Telegram: @dynamo_kiev_ua! Только самые горячие новости
× 29
Загрузка комментариев
