Регистрация, после которой вы сможете:

Писать комментарии
и сообщения, а также вести блог

Ставить прогнозы
и выигрывать

Быть участником
фан-зоны

Зарегистрироваться Это займет 30 секунд, мы проверяли
Вход

Алексей МИХАЙЛИЧЕНКО: «Бошков общался со мной на суржике»

2013-05-22 11:28 Послужной список Михайличенко-игрока уникален: пожалуй, ни один игрок в истории советского и постсоветского футбола не может ... Алексей МИХАЙЛИЧЕНКО: «Бошков общался со мной на суржике»

Послужной список Михайличенко-игрока уникален: пожалуй, ни один игрок в истории советского и постсоветского футбола не может похвастаться такой богатой и разнообразной коллекцией титулов.

Алексей Михайличенко (Фото: Александр Устименко)Алексей Михайличенко (Фото: Александр Устименко)

В этом плане Алексей Александрович напоминает легендарного героя древнегреческих мифов — царя Мидаса: все, к чему он прикасался в «Динамо», «Сампдории» и «Глазго», превращалось в золото. А ведь были еще и серьезные достижения в составах национальных команд — победа на Олимпиаде-1988 в Сеуле и серебро чемпионата Европы того же года в Германии. Последнее достижение на уровне молодежных сборных 18 лет спустя повторит уже Михайличенко-тренер...

При этом, на интервью юбиляр поначалу не соглашался: мол, все о нем давно сказано-пересказано. Но оказался достаточно открытым и приятным собеседником, с тонким чувством юмора. Слово за слово и так, тихой сапой, мы пришли к его первому памятному свиданию со взыскательной киевской торсидой.

ДОЛГАЯ ДОРОГА В ДУБЛЕ

Вашим первым тренером был некто иной, как Анатолий Бышовец, считающийся весьма одиозной личностью. Что можете сказать о нем вы?

— Справедливости ради заметим, что нашу группу 10-летних ребят набирал Евгений Котельников, но вскоре он ушел работать на административную должность, и нас принял Анатолий Федорович. И, знаете, я считаю, что с детским наставником мне очень повезло. Он не просто учил, как бить, обводить, принимать мяч, но и делился многими другими вещами, которые очень пригодились мне в дальнейшем.

Дубль у вас был сумасшедший Гришко, Олефиренко, Сусло, Каратаев, Баранов, Черников, покойный Григорий Пасичный, но на самом высшем уровне карьера задалась только у вас.

— Так за нас еще в детской школе играли сборники Украины и Советского Союза, но со временем многое менялось. Кому-то чего-то не хватило. У того же Валеры Черникова был серьезный перелом, из-за которого он не смог продолжить карьеру. Да и потом пробивается всегда только тот, кому дан не только талант, но и характер, а также везение.

И когда все эти факторы совпадают воедино, жизнь предоставляет тебе шанс, которым еще необходимо воспользоваться. Да и потом, сами понимаете, футбол — не теннис, и не легкая атлетика. Это командный вид спорта, в котором все зависит от твоего окружения — партнеров и тренерского штаба.

1 сентября 1981 года матч дублирующих команд «Динамо» с «Таврией» закончился со счетом 6:0, при этом пять мячей оказалось на счету 18-летнего полузащитника Михайличенко. Помнится, болельщики вынесли вас со стадиона на руках, и именно тогда вовсю пошли разговоры, что Лобановский просто обязан найти вам место в основном составе. Однако, по сути, это случилось только через пять летв сезоне 1986 года. У вас не было обиды на тренера за то, что он так долго держал вас в резерве?

— Держал, но не передерживал! Была нормальная, рабочая конкуренция. Я выглядел слабее, терпеливо работал и ждал своего часа. Наверное, мне чего-то не хватало. Возможно, футбольной наглости. При этом свой первый матч за основу я провел еще в 1982-м — в полуфинале Кубка СССР против тбилисского «Динамо». Годом позже забил первый официальный мяч за «Динамо».

А с 1984-го я достаточно регулярно попадал в число 16 игроков, заявляемых на каждый матч, и несколько раз получал в конце сезона медали, как в рядах дубля, так и в составе основы. И только в сезоне-1986, когда ведущие игроки вернулись из Мексики, как это часто бывает после мировых первенств, шанс был предоставлен ряду новых футболистов. Удастся ли взять его в руки — зависело только от нас.

Один из нас вспоминает о существовании тогда ресторана «Динамо» и дружеского сабантуя там ребят из вашего дубля: сели в кружок, появилась бутылка шампанского, но пили в тот вечер все кроме Михайличенко...

— Ну что вы, иметь наглость открыть бутылку шампанского в ресторане «Динамо»... Если это с кем-то из нас и случалось, то уж точно в других местах!

А многим из ваших сверстников подпортил перспективы зеленый змий?

— Всякое бывало. Святых среди нас не было, почти все свое время мы проводили на базе, и, конечно же, хотели расслабиться в семейном кругу или на встрече с друзьями. При этом главным было правильно отвечать на три основных вопроса — где, когда и с кем.

В вашем отношении ни одной алкогольной ассоциации не всплывает.

— Ну, что ж... Значит, хорошо прятался (смеется).

НАВСТРЕЧУ ВОЗДУХУ СВОБОДЫ

Скажите, а московские или другие клубы не пытались переманить вас к себе?

— Знаете, в Советском Союзе, да и в мире много красивых городов. А в той же Москве у меня были и родственники, и знакомые, и я нередко приезжал туда отдохнуть на пару дней. Как ни крути, но столица есть столица! Однако я родился в Киеве, безумно его люблю и не хочу ни на что менять. Пусть та же Генуя — красивейший город.

Более того, я жил там в очень красивом месте: с одной стороны меня окружали горы, с другой — море. Лучше этого сочетания, наверное, нет ничего на свете. Но Киев для меня — больше, чем просто город. Это — мое детство, футбол, любимый клуб, семья, родственники, друзья...

Тогда каково вам было уезжать из него в ту же Геную?

— Это был шаг в новую жизнь. И не маленький, постепенный шажочек, а один огромный шаг — в бытовом плане, философии, образе жизни. Я стал получать хорошие деньги, начинал привыкать легко и раскрепощено с ними обращаться. Прибавилось чувство внутренней свободы, кое в чем изменилось отношение к футболу.

Кроме того, на Апеннинах — совсем другая атмосфера на стадионах. Ведь я уезжал не куда-нибудь, а в чемпионат Италии, который в те времена на голову превосходил другие ведущие европейские первенства. Серия А была на первом месте на континенте, а второе — пустовало... Где-то дальше на третьих-четвертых ролях фигурировали испанская примера и английская премьер-лига.

И выодин из немногих, кто сумел заиграть на таком фантастическом уровне...

— Да, но ведь чемпионат СССР был не слабее итальянского, но при этом являлся закрытой для легионеров структурой. Да и зачем нам нужны были иностранцы, если практически каждая ведущая команда республики олицетворяла лучшее, что давали нам ее футбольные кадры?

Тбилисское «Динамо» было сборной Грузии, минское — сборной Белоруссии, «Нефтчи» — сборной Азербайджана, а «Арарат» — Армении. В каждом туре встречались и боролись разные стилистические школы. И каждую из команд отличал свой неповторимый почерк.

Вы упомянули о доме, который выделили вам в Генуе. Выбирали его сами?

— Нет, его мне предложил клуб. Мы, выходцы из СССР, в те времена в западной жизни ориентировались очень слабо. В личных контрактах у нас была прописана только зарплата. Все бытовые нюансы обговаривались с президентом «Сампдории» Паоло Мантовани на словах и он — нужно отдать должное — сдержал все обещания.

На что, если не секрет, потратили первую итальянскую зарплату?

— На переодевание. По тому, как в этой стране относятся к одежде, я понял: гардероб нужно менять. Срочно и радикально.

ДИАЛОГИ С ЭРИКССОНОМ

С какими чувствами покидали Геную?

— Без острого разочарования. Переговоры с «Глазго» продолжались две или три недели, и морально я уже настроился на отъезд. «Рейнджерс» по праву считался именитым клубом, кроме того, там выступал Олег Кузнецов, с семьей которого мы поддерживали дружеские отношения. В общем, это был интересный поворот в карьере.

Поговаривали, что вами интересовались не только в Шотландии...

— Но именно «Глазго» предложил наиболее конкретный вариант. Кстати, одним из условий моего перехода было участие «Сампдории» в ежегодных предсезонных турнирах с участием британских клубов — в частности, «Манчестер Юнайтед», «Ньюкасла» и, разумеется, «Рейнджерс». Так через год после перехода я встретился с бывшими одноклубниками и их наставником Свеном-Ераном Эрикссоном.

Между нами состоялся такой диалог: «Ну, как дела?» — «Нормально». — «Ты — чемпион?» — «Я — да, а вы?» — «А мы — нет». Прошел еще год, снова приезжает «Сампдория». «Как дела?» — «Нормально». — «Ты чемпион?» — «Да, а вы?» — «Нет». В конце концов, я шутливо заметил: «Пока вы не возьмете меня обратно, чемпионами не станете». На что Эрикссон ответил: «Вот и я об этом думаю» (смеется).

Итальянские болельщики вас помнят?

— Для Генуи та чемпионская команда является образцовой: другие поколения «скудетто» не выигрывали. К 10-летию триумфа в городе был организован юбилейный матч, который я посетил и был рад увидеть старых товарищей.

Некоторые почти не изменились, кто-то чуть поправился, одни работают в Италии, другие — за границей... Кстати, мои бывшие партнеры были удивлены, когда услышали, что я до сих пор немного говорю на их языке, но потом, когда во время застолья мы подняли несколько тостов, они начали шутить: «Вино заметно улучшило твой итальянский...» (улыбается).

К слову, совсем недавно на мое имя снова пришел факс из Генуи с сообщением о том, что на проводы какого-то игрока снова собирается славная команда начала 1990-х. Вы удивитесь, но такие встречи собирают полные трибуны болельщиков.

ДРУГАЯ ИГРА ГОЛОВОЙ

Поставив точку в итальянской главе вашей карьеры, перейдем к британской саге. Итак, основными аргументами в пользу «Глазго» стала конкретика руководства клуба и Олег Кузнецов?

— Не ищите одной причины. Меня удовлетворили условия. В целом. Может быть, отчасти я не захотел в зрелом возрасте что-то доказывать там, где ко мне не было полного доверия. А в Глазго, кроме всего прочего, я без труда разглядел особое отношение к футболу, полные стадионы, амбиции клуба, который не хотел вариться в собственном соку, а стремился выйти на качественно иной уровень. При этом разница в стиле игры меня абсолютно не пугала: атлетического футбола я не боялся.

И все же вы пришли на чье-то место?

— Не знаю, на чье место я пришел, но вы ошибаетесь, если думаете, что за него не нужно было бороться. Красную дорожку в основу мне никто не выстилал. Чемпионат в том году начинался чуть раньше обычного, а, между тем, мне было нужно естественное время на адаптацию. Так что доказывать свою состоятельность пришлось уже по ходу сезона.

Есть такая легенда, что на одной из первых тренировок в составе «Глазго Рейнджерс» вас повели в клубную детскую школу, чтобы показать, как юные шотландцы играют головой...

— Нет, такого не было. Да и потом в команде хватало гренадеров, которые достаточно хорошо выглядели на «втором этаже», так что я больше подавал, чем замыкал верховые передачи после «стандартов». Кстати, когда я играл в чемпионате СССР, то считал, что тоже умею неплохо играть головой. Но в Шотландии за пять сезонов не забил ни одного такого мяча, потому что в этой стране совсем другая игра головой...

Перепрыгнуть языковой барьер тоже было непросто?

— Легче, чем в Италии. На Апеннинах в первое время я вообще ничего не понимал. Тренер Вуядин Бошков помогал мне, общаясь на ломаном украинско-русском суржике. Словом, без привычного общения и коллективной атмосферы, было непросто. А вот в Шотландии рядом оказался Олег Кузнецов, который на первых порах помогал мне решать любые вопросы, точно также, как потом я помогал приехавшему Олегу Саленко.

Нужно заметить, что шотландцы — веселый народ, и здесь существуют свои традиции. Скажем, в «Рейнджерс» на первом сборе существовал обряд посвящения новичков, во время которого они должны были исполнять какие-то песни. Игроки команды нередко участвовали в самых разнообразных праздниках. В общем, было довольно интересно, и я начал совершенно по-другому смотреть на внутрикомандную жизнь. У нас таких мероприятий было немного.

Врагом болельщиков «Селтика» почувствовать себя успели?

— Нет. Но успел почувствовать себя их соперником на поле. Помню, во время первого дерби я не мог толком остановить мяч. Мне казалось, что вокруг меня постоянно крутится десять оппонентов, велась отчаянная борьба, где и двух касаний тоже было много. Это была игра, которая меняла футбольное мировоззрение.

ШОКОВАЯ ТЕРАПИЯ КАТАНЕЦА

По личному опыту скажем, что кухни хуже, чем британская, человечество пока не придумало. Есть там совершенно нечего.

— А я и не могу вспомнить, чтобы я ел что-то исконно британское. Мы, как правило, посещали итальянские, китайские, японские или индийские ресторанчики. Хотя, разумеется, пробовали национальное шотландское блюдо «хаггис». По вкусу чем-то напомнило нашу кровянку.

Ну а в пабы с местными игроками не выбирались?

— Вы удивитесь, но за все это время я ни разу не попробовал шотландский виски. В то время в качестве напитка я его даже не рассматривал.

Геннадий Литовченко рассказывал, что его в европейских клубах удивила возможность свободно выпить после игры бокал пива…

— У нас это тоже было в норме вещей. После игры никто не разбегался. Игрокам и их семьям была отведена территория, на которой мы собирались и общались вне зависимости от результата встречи.

А итальянцы в свое время не уговаривали попробовать их знаменитую граппу?

— Пробовал и чувствовал себя нормально. Вообще-то, там мы на ужин пили по чуть-чуть красного вина. А словенец Сречко Катанец на каком-то праздновании однажды сказал: «Слушай, ну что эти итальянцы все пьют свое вино, давай-ка водки употребим». Ладно, думаю, славянская душа, давай употребим. Налили 50 граммов чего-то покрепче. Я выпил, не закусывая. Катанец минут пять не выходил из шока. А ведь напиток этот был градусов 19 — не больше. Легкий как ликер.

А в Шотландии, где, как известно, море пива, самым трогательным моментом был тот, когда мы увидели и купили продукт отечественной марки «Гопак» Оболонского завода. Почувствовали какую-то гордость за свою страну. И в Великобритании — наше пиво!

Правда, что по окончании карьеры вам предлагали остаться в структуре «Рейнджерс»?

— Да, наставник «Глазго» Уолтер Смит очень интересовался системой Лобановского, и мы много говорили на эту тему. Изначально в Шотландии учебно-тренировочный процесс был весьма упрощен, но после того, как команда начала выступать в Лиге чемпионов, требования к профессиональной подготовке повысились.

Когда стало ясно, что мои активные выступления в качестве игрока подходят к концу, Смит предложил мне тренировать в клубе юношей. На что я честно ответил, что провести тренировку — в принципе, не проблема, но я не так хорошо говорю на английском, чтобы серьезно готовить команду.

Штирлица неумолимо рвало на родину?

— Честно говоря, да. Вернулся и годик ждал, пока приедет Валерий Васильевич, чтобы войти в его штаб. Впрочем, я и сам знал, на что на шел, так что никакой паники не было.

БОГАТАЯ СТРАНА БЕДНЫХ ЛЮДЕЙ

В Киеве вас часто можно увидеть на трибунах баскетбольных или хоккейных поединков...

— Да, я очень люблю игровые виды спорта, и хотя работа оставляет немного свободного времени, люблю посещать подобные матчи.

Как и выступления «95-го квартала»?

— У меня сложились хорошие дружеские отношения с творческой группой этого проекта. И если появляется возможность, с удовольствием откликаюсь на их приглашения.

Считаете себя светским человеком?

— Нет. Я могу пойти на какое-то мероприятие, если приглашают друзья. Туда, где собираются интересные люди. Но обычная тусовка ради тусовки — это не для меня.

А как же показы мод?

— Однажды побывал. Пригласили сына, и я хотел его поддержать.

Вы много говорили о патриотизме. Извините за жесткий вопрос: как чувствует себя миллионер в стране нищих?

— Мне кажется, в этом контексте нужно говорить вовсе не о деньгах. Когда я возвращался в Украину, то прекрасно понимал, куда еду. Когда ты видишь грязь, разбитые дороги, нищету, становится очень обидно за богатую страну, в которой живет так много бедных людей. Вместе с тем, я испытываю желание ограничить и уберечь от этого своих родных.

А шальной мысли не возвращаться не возникало?

— С чисто документальной точки зрения я могу жить за рубежом. Но я действительно люблю эту страну, близких друзей, работу, клуб, друзей. Все эти вещи переплетаются и создают ту самую ауру жизни, которая мне необходима. Нельзя загадывать, что будет завтра, но мой сегодняшний день именно таков.

Ну а в Верховную Раду, как Олег Владимирович Блохин, попасть не стремитесь?

— Ну, разве что если там соберут нас всех вместе (улыбается).

ФУТБОЛ ДЛЯ ДВОИХ

Каким образом вы стали почетным заведующим кафедрой футбола в университете имени Драгоманова?

— Педагогический университет и его ректор Виктор Андрущенко уделяют спорту много внимания. И когда меня пригласили возглавить новоиспеченную кафедру футбола, то с радостью согласился. Хотя, конечно, в силу своей занятости в «Динамо», в вузе я больше выполняю функции пропаганды футбола среди студентов и молодежи, принимая участие в соответствующих мероприятиях.

Сегодня в отличие от лет игровой карьеры вас можно увидеть с сигаретой в руках. Как давно курите?

— Когда я пришел в дубль «Динамо», то не курил и не пробовал спиртные напитки. Но дубль — та самая школа жизни, которая учит не только футболу (улыбается).

Были ли у вас травмы, которые могли поставить крест на карьере?

— А как вы думаете, если у меня было пять операций? Да и закончил я в 33 после того, как дважды ложился на стол хирурга за один год. При этом какого-то конкретного удара не было, просто колени не выдержали нагрузок. Что поделать... Тут уж, как кому повезет. Некоторые играют до сорока, а другие вешают бутсы на гвоздь в 25-27 лет...

Что вы делали, будучи тренером сборной, если по настроению игрока видели, что у него какие-то проблемы в коллективе?

— Просто не ставил в состав. В национальной команде для подготовки к матчу у тренеров есть всего два-три полноценных дня. Рисковать не приходится.

А мог условный Блохин прийти к Лобановскому и сказать: я там с кем-то поругался, играть не хочу?

— У Валерия Васильевича существовала определенная практика: перед каждой игрой он вызывал к себе в кабинет футболиста и спрашивал: готов ли ты играть? Если звучало «нет», никакие рассказы о проблеме уже не действовали.

Вы думаете, ему можно было сказать «нет»?

— Думаю, можно было.

А как же знаменитый «эффект удава», который производит Лобановский?

— Честно говоря, в юности было время, когда мне и самому было страшновато поднять на него глаза, и для того, чтобы привыкнуть, нужно было немало времени. Но работая с Васильичем долгие годы, я чувствовал, как меняется мое к нему отношение. В последнее время я особенно остро чувствовал его добрую иронию и любовь к юмору. Он, как никто другой, мог пошутить с очень серьезным видом. И иногда я задавал себе вопрос: а, может, он и тогда шутил, когда мне было 17?

Ваша тренерская карьера в «Динамо» и сборной Украины заканчивалась не на самой мажорной ноте. Не «грызет ли червячок», что как наставник вы еще не сказали своего последнего слова?

— Знаете, футбол — это ведь не роман, который ты на определенном этапе дописал, поставил точку, а потом перевернул и забыл. Футбол — роман всей жизни, который я продолжаю писать до сих пор. И если что-то не получается, нужно думать: почему все так произошло, искать ответы, зачеркивать и исправлять ошибки.

А вы знаете, что Игорь Суркис до сих пор считает, что решение о вашем увольнении было скоропалительным?

— Видимо, мы оба не совсем разобрались в той ситуации, и я с себя вины не снимаю. Что ж, так сложились обстоятельства. И сегодня не нужно никого винить. Мудрый человек сказал: «Если не можешь чего-то изменить, прими это как должное».

А не было впечатление, что и команда в тот день матча с «Трабзонспором» чуток недоработала?

— Может, и я в ком-то ошибся. Может, этой был не чей-то день. Но даже если команда и не сделала всего возможного, ответственность за результат нес главный тренер. То есть, я.

Алексей Александрович, ваша жена никогда не говорила вам: «Будь проклят этот футбол!»?

— Нет. Мы очень давно идем по жизни рука об руку. Все мои победы и поражения, травмы и безденежье, длительные сборы и разъезды — весь этот путь я проходил вместе с ней. Волей или неволей, но футбол стал и частью ее жизни. Поэтому таких слов я от нее никогда не слышал и, уверен, не услышу...

Сергей ДАЦЕНКО и Михаил СПИВАКОВСКИЙ

22.05.2013, 11:28
Топ-матчи
Чемпионат Испании Барселона Реал 0 : 0   3 декабря 17:15
Чемпионат Франции Монпелье ПСЖ - : - 3 декабря 18:00
Чемпионат Англии Вест Хэм Арсенал - : - 3 декабря 19:30
Чемпионат Испании Леганес Вильярреал - : - 3 декабря 19:30

Еще на эту тему

Самое интересное:

RSS
Новости
Loading...
Пополнение счета
1
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
2
Ваша карма ():
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Закрыть