Регистрация, после которой вы сможете:

Писать комментарии
и сообщения, а также вести блог

Ставить прогнозы
и выигрывать

Быть участником
фан-зоны

Зарегистрироваться Это займет 30 секунд, мы проверяли
Вход

Юрий КАЛИТВИНЦЕВ: «Лобановский рассказал мне многие вещи, которых не понимают игроки»

2017-05-05 14:45 Сегодняшний именинник Юрий Калитвинцев дал интервью российским журналистам. Предлагаем вашему вниманию выдержки из материала. Юрий Калитвинцев ... Юрий КАЛИТВИНЦЕВ: «Лобановский рассказал мне многие вещи, которых не понимают игроки»

Сегодняшний именинник Юрий Калитвинцев дал интервью российским журналистам. Предлагаем вашему вниманию выдержки из материала.

Юрий Калитвинцев (фото: Д.Голубович)

Разгром «Барселоны» и прочие выдающиеся победы в Киеве бурно отмечали?

— Как правило, всей командой, с семьями ехали в место, которое никто не знал. Точнее, мы думали, что никто не знал. Лобановский после Лиги чемпионов говорил дословно: «Переживайте до утра — и начинаем готовиться к следующей игре». Если результат был положительным, наутро на базе у футболистов не измеряли давление. Но со следующего дня все было по полной программе. И давление, и вес, и отношение к тренировке.

Тогда ведь футболисты больше употребляли. Современное поколение просто слабее или профессиональнее?

— Профессиональнее, наверное. За 11 месяцев у нас не было ни одного прецедента. После каждой игры тренировка. Если кто-то выпьет больше четырех бутылок пива, наутро это будет видно — просто не успеет восстановиться. Либо так пьют, что их не могут поймать. Хотя нас тяжело обмануть. Тренерский и административный штаб «Динамо» многое видел.

Говорят, у Лобановского были свои информаторы везде.

— Да, отслеживался каждый шаг. Однажды собирались всей командой, и не пришли три человека. Я был капитаном, попросили ребят, чтобы в следующий раз заглянули хотя бы на час. Понятно, что к родным тянет, но команда должна собираться и в неформальной обстановке. В результате парни в следующий раз не просто задержались на час — уехали последними! Быстро втянулись. Лобановский их отругал: мол, если уже сидит команда, то вся вместе.

Вы же курите?

— Да. И меня постоянно спрашивают: «Когда бросишь?» Отвечаю, что если игроком не перестал, то сейчас тем более. Раньше в большей степени игроки были готовы перебороть себя и выйти с запашком, но здоровья это не прибавляло. Я был приятно удивлен, что теперь у молодежи совершенно другие интересы.

У тренера Калитвинцева есть такие осведомители, какие были у Лобановского?

— Я не сторонник этого. Если посторонний человек расскажет, который не врет, поблагодарю за информацию и больше не появляться. Если же кто-то из клуба, образно говоря, пойдет, проследит и донесет — выгоню этого человека. Мне достаточно самому посмотреть утром в глаза футболисту, чтобы понять, нарушал или не нарушал. Мы с ребятами договорились: во время сезона 23:30 — это максимум, во время которого ты можешь где-то показаться. Шунин как-то от лица команды поинтересовался: в выходные-то можно с ребятами собраться? «В выходной, — отвечаю, не проблема». Антон, видимо, невнимательно календарь ФНЛ изучал, где игры через три дня на четвертый (улыбается)...

Самый памятный гол в вашей карьере в ворота «Барселоны» или сборной Хорватии?

— Я же не 300 мячей забил. У меня их было не так много, поэтому каждый гол — памятный. Еще более памятно, как промахивался. Особенно с пенальти. К примеру, московскому «Торпедо» или харьковскому «Металлисту». Много раз отказывался бить одиннадцатиметровые. Как-то за нижегородский «Локомотив» забил два в ворота ЦСКА. Тут еще пенальти дают. Партнеры подталкивают: "Иди, хет-трик сделаешь!«.Уговорили...

Учитывая собственный опыт, футболистов не ругаете за смазанные пенальти?

— Конечно, нет. Я же знаю, что человек хотел забить, просто не смог. Я за то, чтобы игрок попробовал пробить снова. После этого уже пускай решает, готов он дальше подходить к точке или нет.

Правда, что нагрузки у Лобановского были адские?

— У каждого организм воспринимает по-своему. Мне было 27 лет. Не то чтобы силен был физически, но выдержал. Все идет от головы. Главное верить: все что дают — необходимо. Но было тяжело.

И как справлялись?

— Молодые «умирали», а опытные знали, где можно сачкануть.

С Лобановским общались с глазу на глаз?

— Помню, он сказал: «Юрий Николаевич, заходите». Я его спросил, к чему отчество. Ответил: «Привыкай, теперь ты тренер, а значит, Юрий Николаевич. Забудь, что был игроком. Мы теперь коллеги». Тогда Лобановский рассказал мне многие вещи, которых не понимают игроки. Когда он давал 100% нагрузки, то знал: опытные игроки ее выполнят на 70-75%. Этот режим подразумевал и вовсе около 60% нагрузки. Завышенные требования позволяли выполнять необходимое. Футболист всегда знает, где можно сачкануть. Молодые делали 100% — и падали.

У Бескова было проще?

— Играя в узкий квадрат 5 на 5, ты тоже падаешь. Хотя заходит это куда проще — потому что с мячом. С ним не ощущаешь нагрузки. Я общаюсь с разными поколениями киевских динамовцев. Мне рассказывали, как их тренировали. Были матчи, когда играли со «Спартаком» и были лучше соперника готовы. Однако динамовцы еле выползали с поля, а спартаковцы почти не потели. У них «потел» мяч.

Кто-то у Лобановского осмеливался симулировать травму?

— У нас был закон, и я к нему пытаюсь прибегать сейчас. Лучше тренироваться в общей группе, чем в одиночку. Если человек день пропустит — нестрашно. Два — сам почувствует. Три — мы. На четвертый не сможет догнать партнеров. Лучше не выпадать из общей группы. Мы приходили к доктору с повреждением и чуть ли не на коленях просили ничего не говорить тренеру.

У вас такое тоже было?

— И когда игроком был, и сейчас в «Динамо». Пытаются скрыть те травмы, которые позволяют выйти на футбольное поле. Хотя у нас было и такое: ногтем чуть ободрали, а руку заматывали и говорили: «Не могу». Но футбол и наш тренерский штаб не обманешь. Мы ребятам объясняем, что у нас здесь не армия. Им это самим надо.

Вы же могли закончить еще в 1994-м?

— Нет, сомнений не было. Ну, перелом. В отпуск все поехали на моря, а я сидел дома. В Нижнем Новгороде сказали: один гипс — и все пройдет. Через месяц сделали снимок — ничего не зажило. Потом меня пригласили в «Динамо» Киев, сняли гипс и чуть не сошли с ума. Была костная мозоль. Но меня буквально за месяц поставили на ноги. А мысли... Мне же не 35 лет было. Полгода потерпел. Обидно было, что отпуск провел дома. А знаете почему? При такой травме пиво нельзя, а я его очень любил (улыбается).

Никогда не мешало играть?

— Чтобы не поправиться, выбирай: либо пьешь пиво, либо ешь. Если одновременно, сразу набираешь. Не думайте, что мы его ящиками поглощали. По 3-4 бутылки выпили и все.

В Киеве Леоненко был пивоман № 1?

— Наверное, да. Ел очень мало. На тренировку всегда натягивали с ним по теплой кофте: чтобы вышло больше жидкости.У любого доктора спросите, он вам скажет, что пиво полезно в небольших количествах. Одно время нам даже Валерий Васильевич разрешал пиво пить. Единственное, говорил: «Надо 2-3 бутылочки прямо сразу, в раздевалке, но вы же две выпиваете, и вас тянет на крепкое. Быстро заводитесь. Я вам разрешу, а вы с утра пьяные придете. Поэтому лучше не надо». Но с ухмылкой. После хорошей игры все разрешалось.

Сам-то он коньячок предпочитал?

— Я с Лобановским не выпивал. Но тоже слышал про коньяк. Когда стали коллегами — Базилевич присутствовал при этом разговоре — мы с ним обсуждали, что тренер во время игры много нервов тратит. «А какой лучший «восстановитель»? — спрашивает. — Прогулка — хорошо, бассейн — отлично, но лучше алкоголя ничего не поможет. В умеренных количествах, естественно, не больше 100 грамм». С Валерием Васильевичем никто не мог пить на равных: они падали, вставали, снова падали. Но ни одно поколение ни разу не видело его выпившим. И не то что выпившим, даже запах не чувствовали. Вот и думайте, сколько он пил и умел ли.

При вас начали играть Шевченко и Ребров. Какими они вам запомнились? Предполагали, что они вырастут до таких высот?

— Если скажу, что да, в ответ услышу: «Пророк!». Ребята были хорошие. Подкупало уважение к старшим. Меня так воспитывали, что к старшим надо относится уважительно, потому что они — порядочные люди. Андрей и Сергей были очень исполнительными, с хорошими футбольными качествами. То, что станут звездами, я не думал. Но когда Шевченко продали в «Милан», верили, что у него получится. Его там протестировали и за голову схватились: и бежит, и прыгает — атлет. А когда он рассказывал про тяжелый рабочий день из двух тренировок в «Милане», Валерий Васильевич, только ухмыльнулся: «Надо терпеть». Это было смешно. Со слов Шевы, люди падали на тренировках из-за того, что 5 раз по 60 метров пробежали. На что Валерий Васильевич ответил: «Ну, может, день не его был...».

У вас столько тренеров выдающихся было. Вели конспекты?

— Существует стереотип, якобы многие тренируют по конспектам Лобановского, хотя конспектов этих никто в глаза не видел! Я с 20 лет вел записи всех тренеров. Не только тренировочный процесс — давал оценку, анализировал свои ощущениям: «Потренировались два дня — ноги тяжелые». И так далее. Интересовало отношение тренеров вне поля.

Где эти записи теперь?

— Дома. Правда, туда не заглядываю — прочесть не могу. Почерк отвратительный, врачи по сравнению со мной каллиграфией занимаются. Я же полностью левша. До второго класса пытался писать левой, но учительница надавала по рукам: получилось, что так и не научился нормально писать ни правой, ни левой.

После игр тоже пометки делали?

— Хватало самоанализа. Хуже всего, когда футболист подойдет к зеркалу и скажет: «Вот я красавец, хорошо сыграл!». Всегда говорю футболистам, чтобы сначала они честно смотрели на себя — может, там проблема, а не в партнере по команде? Задать себе вопрос: «Все ли я оставил на поле? Что я не сделал, но мог бы?». Честно оценивать себя, видеть свои ошибки: может, ты два забил, но из-под тебя забили трижды!

В вашей карьере «старики» часто воспитывали нерадивых молодых, за которых они на поле умирали?

— Да, но не так, чтобы кровь в раздевалке. Старший подходит и говорит: «Слушай, ты... Друг мой, сейчас ты залез ко мне в карман, а мои дети остались без молока». Если молодой сразу не поймет, бывало тяжело. Но обычно понимали и бились. Хотя просто так спросить с кого-то нельзя было — обязательно показать своим примером. Мы, молодые, и сами были наглые. Если кто-то мне говорил отрабатывать сзади, а сам стоял в сторонке с сигареткой в зубах — извините, детей у меня нет и молоко я не люблю, но деньги нужны для другого.

Личный вопрос: как дела у Владислава Юрьевича?

— Пока он еще не Юрьевич — просто Влад. Сын принял предложение луганской «Зари» об аренде из киевского «Динамо». Понимает, что будет играть в новом сезоне Лиги Европы. В коллективе есть игроки молодежной сборной, хорошо знакомые ему, и есть хороший контакт с главным тренером Вернидубом. Играет, старается, показывает себя.

По силе удара уже догнал папу?

— Да, там пушка сумасшедшая.

И еще один личный вопрос...

— Опережу вас: да, у меня есть огромное желание пригласить его работать со мной. Угадал (улыбается)?

Кстати, нет.

— Говорил себе — не торопись...

Как живет семья Калитвинцевых, кто где сейчас?

— Дети в Украине: сын играет в футбол, дочка вышла замуж и живет в Киеве. Жена постоянно со мной, иногда наведывается к детям. Я вообще не езжу — времени нет!

Самвел Авакян, Данила Игнатов, Галина Козлова, Полина Куимова, Олег Лысенко, Григорий Телингатер и Михаил Тяпков

Дьемерси Мбокани: «Лужный и Шацких строги, это правда»

05.05.2017, 14:45

Еще на эту тему

Самое интересное:

RSS
Новости
Loading...
Пополнение счета
1
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
2
Ваша карма ():
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Сумма к оплате (грн):
=
(шурики)
Закрыть