Ганна Реброва: «Було страшно. Світло саме почало вмикатись»

Землетрясение - это ужасно. Давно живу и много помню. Когда-то было в Ашхабаде и там был в командировке родной брат отца, который рассказывал, что остановился в маленьком домишке у деда с бабой, сам был где-то по работе, а домик ушел под землю вместе и с бабой и с дедом. А ещё расскажу мою историю про землетрясение в Киеве в середине 70-х годов, по-моему в том же году, когда случилась катастрофа с кораблем "Адмирал Нахимов". Был выходной день, но у меня была халтура и я поехал на работу и трудился целый день. Вечером вернулся поздно домой, а мы жили на Березняках в 17-ти этажном доме на 11-м этаже. С порога (пардон) я нырнул в туалет, как вдруг унитаз подо мной стал прыгать, как конь. Я высунул голову в дверь и спрашиваю тёщу, которая была ещё на кухне - что это? Она мне спокойно отвечает - землетрясение. Я рванул в нашу комнату и вижу супругу в ночной рубашке, она стоит и держит книжные полки, стоящие одна на другой и говорит - подумай, как наверху танцуют, что полки трясутся. Я в ответ - какие танцы, хватаю её, на ходу снимаю с вешалки её шубу, беру в руки сапоги и тащу вниз. Нажал кнопку лифта и вдруг он открылся, а там битком, но я силой вдавился и затащил жену. Внизу на крыльце полно народу, всяких бабушек и они обсуждают ситуацию. Я всем крикнул - прочь от дома, а напротив был огромный пустырь. Затянул туда супругу, а сам рванул на Русановку, где жили мои родители и у них был наш маленький сыночек. Бежал, как ошалелый - нашел их на лавочке на бульваре. Потом все боялись расходиться по домам, но разъежали милицейские машины и по рупору сгоняли всех домой. Мы тоже пошли. а мама говорит соседу - идемте уже, а он сидит на лавочке в пальто и белых кальсонах с завязочками внизу и отвечает - я ещё посижу здесь. И смех и грех... Вот такие воспоминания. Спасибо, что прочли и улыбнулись.