Андреа Мальдера: «Я хотел бы иметь очень-очень мотивированных игроков»

Новый главный тренер сборной Украины Андреа Мальдера дал интервью ТСН, в котором ответил на вопросы о своем назначении.

— Поздравляю вас с назначением. Какие ощущения?

— Хорошо, очень хорошо. Все первые дни я занимался немного бюрократией — документами, поиском жилья. Но уже несколько недель я сосредоточен на команде: посмотрел несколько матчей чемпионата Украины, много разговаривал по телефону с футболистами. Так что могу сказать, что я очень мотивирован, вдохновлен и не могу дождаться начала работы.

— Кто позвонил первым после назначения?

— Это интересный вопрос. Знаете, я не помню. Возможно, Ярмоленко.

— Мы еще поговорим об этом человеке, потому что это очень важный вопрос. Но украинские болельщики хорошо вас знают по работе, выполненной между 2016 и 2021 годами, когда вы были ассистентом Андрея Шевченко в национальной сборной. Вас называли «мозгом» и тактическим архитектором команды, которая демонстрировала современную модель игры и вышла в исторический четвертьфинал Евро-2020. Как бы вы описали себя сегодня? Кто такой Андреа Мальдера?

— Во-первых, мне чрезвычайно приятно, но мне кажется, что здесь слишком много хороших слов обо мне. Мы были отличной рабочей группой, коллективом. Я выполнял свою работу, имел свою роль, вносил свой вклад. Но я всегда говорю, что главным всегда остается тренер. В тот период главным тренером был Андрей Шевченко, также были Мауро Тассотти и другие. Я выполнял свою часть работы, хотя и не считаю, что был настолько важным. И говорю это не для того, чтобы преуменьшить свою роль, а потому что в команде есть роли.

В моей команде точно так же все начинается прежде всего с тренера и игроков. Я был аналитиком для многих команд, работал с тренерами, которые, на мой взгляд, обладают большим стратегическим опытом. Они были примером для других тренеров. Поэтому, безусловно, с этой точки зрения и я вырос.

Мне это всегда нравилось. Но то, чему я научился за эти годы, — это то, что на первом месте всегда находятся футболисты. Всегда. И об этом никогда нельзя забывать. Именно они — главные действующие лица. Именно они выходят на поле. Именно они воплощают идеи тренера в жизнь. И поэтому их готовность, их самоотдача, их характеристики являются фундаментальными.

Тренер, безусловно, очень важен. Он должен уметь максимально раскрывать характеристики игроков, которые отличаются от команды к команде. Поэтому сравнивать игру пятилетней давности было бы моей ошибкой, а не ошибкой болельщиков. Я надеюсь, что мы сможем повторить результаты той команды. Безусловно, с эстетической точки зрения мы можем сыграть лучше, а можем — хуже. Это покажет время.

Но у каждой команды есть свои игроки, свои особенности, своя душа. И поэтому, как и тогда, я буду стараться прилагать максимум усилий. А на этот раз — еще больше, потому что теперь у меня больше ответственности.

— В чем заключается ваш принцип работы? Есть что-то особенное, что помогает вам двигаться вперед?

— Лично для меня моим двигателем всегда была страсть. Страсть к этой работе. Я вырос в мире футбола. Моя семья происходит из мира футбола. И хотя я всегда был свободен в своих решениях, первым двигателем была именно страсть.

Каждый раз, когда я чувствовал что-то внутри, это и побуждало меня двигаться вперед. Иногда все получалось хорошо, иногда — не очень, как это часто бывает в жизни. Но именно эта мотивация дает мне энергию. Она заставляет меня просыпаться на рассвете с какой-то идеей. Я всегда держу блокнот и ручку на тумбочке и записываю мысли. Или пересматриваю еще одно видео игры. Или работаю в офисе, как вы меня сегодня застали. Поэтому, если нужно найти слово, которое описывает мой секрет, то это — страсть к этой работе.

— Страсть нужна даже для того, чтобы приготовить кофе.

— Абсолютно. Без страсти ничего не будет. И я бы добавил еще сильное чувство любви к тому, что ты делаешь.

— Андрей Шевченко назвал вас итальянцем с украинской душой. Вы согласны с этим определением?

— Какое красивое слово использовал президент. Я этого не знал. Это наполняет меня большой гордостью. Я не украинец, я итальянец и горжусь этим. Но в то же время я чувствую себя украинцем по многим причинам. Возможно, именно потому, что пять лет прожил здесь из-за работы и имел возможность узнать ваш необыкновенный народ.

Я много путешествовал по Европе, но всегда поддерживал связь со многими людьми отсюда. После начала войны эта привязанность стала еще больше. Появилось желание поддержать друзей — хотя бы словом или телефонным звонком.

Я не думал, что однажды снова буду работать в Украине. Это было что-то необыкновенное. А сейчас, после назначения, у меня еще больше чувство гордости и ответственности за эту страну. Я всегда говорю: Украина выбрала меня, но и я выбрал Украину.

Я мог выбрать другую работу — в Англии, в Италии, в других странах. В этом году я получил несколько предложений. Но когда появилась возможность вернуться сюда, у меня не было никаких сомнений. Было что-то, что тянуло меня сюда.

— Если это не секрет, где именно вы могли работать?

— Было бы не очень корректно говорить конкретно. Но я мог работать в Англии, мог работать в Италии. Однако я не спешил. Ждал чего-то, что меня действительно заденет изнутри. И это произошло.

Я всегда говорил президенту, что все должно идти своим чередом. Федерация — это не клуб, где президент имеет полную власть в принятии решений. Здесь много людей, много кандидатов. Поэтому процесс не был простым.

Однажды президент сказал мне, что я могу быть среди кандидатов, если чувствую в себе силы. И хотя я боялся, что этого может не произойти, все равно поблагодарил его. Я сказал: «Андрей, я очень ценю вашу смелость». Потому что сейчас непросто пригласить иностранного тренера. Тем более такого, который на высоком уровне еще не работал главным тренером.

И я действительно благодарен ему. Даже если бы это назначение не состоялось, мои чувства к Украине не изменились бы. Напротив — только усилились.

— Я знаю, что у вас есть татуировка с украинским трезубцем. Когда вы решили ее сделать?

— После отборочного раунда к чемпионату Европы. Кто-то может воспринимать это просто как рисунок на коже, но я отношусь к нему с большим уважением. Это трезубец на фоне сине-желтого флага.

Я сделал его не ради забавы. Мы тогда достигли необыкновенного результата, когда, казалось, все было очень сложно. В группе была Португалия с Криштиану Роналду. Но я настолько жил игрой нашей команды и верил в наш успех, что сказал себе: «Если мы выйдем первыми — сделаю украинскую татуировку». Так и произошло. Я вернулся в Милан, сделал эту татуировку и с гордостью ношу ее до сих пор.

— Сборная Украины Андрея Шевченко, в штабе которой вы работали, часто играла в контратаку. Вы будете сохранять этот принцип во время своего тренерского срока? Какой стиль игры вы хотели бы привить сборной Украины?

— Если говорить с тактической точки зрения, то, на мой взгляд, были разные периоды. Были матчи, в которых мы, так сказать, были почти вынуждены играть, возможно, спокойнее. Это называется контратакой. Очевидно, из-за того, что мы встречались с командами, которые имели более высокое качество игры, чем мы. И поэтому нужно было иметь разумный подход, чтобы знать, как играть против сильных команд, уметь использовать определенные возможности, которые могут создаваться.

Были и другие матчи, где мы имели преимущество во владении мячом, где нам удавалось доминировать. Я считаю, что нельзя быть всегда одинаковыми во всех матчах. Просто меняется соперник. Это утверждение может показаться банальным, но так и есть.

Если ты встречаешь команду, которая обладает гораздо более сильными качествами, чем ты, ты почти вынужден защищаться и контратаковать. Но то, чего, на мой взгляд, не хватало этой команде и что я хотел бы видеть в этой команде, — это смелость.

Смелость, на мой взгляд, не означает всегда атаковать или всегда защищаться. Это означает, что бы ни случилось во время игры, подходить к этому с мужеством. Если ты должен защищаться — делай это с мужеством. Если ты должен атаковать — делай это мужественно, потому что именно этот эмоциональный аспект заставляет тебя чувствовать себя сильнее.

И поэтому та команда, которая знала, когда нужно было защищаться, умела защищаться с высоко поднятой головой, а когда нужно было атаковать — делала это с характером.

Кроме этого, я еще больше верю, что в этот исторический момент — я уже неоднократно говорил об этом в других интервью — если бы мне пришлось найти прилагательное, чтобы охарактеризовать мою национальную сборную, я хотел бы, чтобы этим прилагательным было слово «смелая».

Ведь в этот момент национальная сборная Украины по футболу является также отражением и лицом тех, кого она представляет. Конечно, мы говорим о спорте, но народ не может позволить себе не быть мужественным, потому что каждый день люди, те, кто находится на фронте, проявляют мужество.

Поэтому и национальная сборная должна иметь мужество. Сборная может выиграть, может проиграть. В спорте надо уметь принимать поражение — это часть спорта. Но я не могу представить, что моя команда боится. Уважение ко всем, но страха — ни перед кем.

— Насколько важна роль спорта в жизни общества во время войны?

— Это деликатный вопрос, но я думаю, что в сложные моменты даже от мелочей можно получить мгновения легкости и облегчения, не преуменьшая значения вещей, которые гораздо важнее в повседневной жизни.

Футбол, так же как и в Италии, дарит тебе это ощущение. Он может подарить тот момент, когда твой патриотизм становится еще сильнее и ты еще больше гордишься, видя свою национальную сборную на поле. И я думаю, что это очень важно.

Накануне я был на мероприятии, которое организовала федерация здесь, во Львове, где были дети, занимавшиеся футболом в разных украинских футбольных школах. Это было после того, как мы пережили ужасную ночь с жестокими атаками на Киев.

И поэтому я лично, не будучи к этому привычным, помню, что утром проснулся еще немного растерянным, потому что не привык к такому. Это была крайне беспокойная ночь. А потом я пошел на поле и увидел этих детей пяти-шести лет, которые играли с безумной радостью. И я подумал, как футбол им помогает, как он может подарить два часа развлечения и беззаботности.

Это же дети, которым шесть лет, и они последние четыре года прожили в таких условиях. А футбол — это тоже способ помочь.

Национальная сборная после четырех лет будет тренироваться здесь, в Украине. Я считаю, что это важный жест со стороны федерации. Все игроки готовы приехать не только для тренировок или игр, а именно для того, чтобы быть рядом с людьми. Будут мероприятия, организованные федерацией.

Поэтому я считаю это необыкновенным жестом и думаю, что я решил жить здесь именно из-за этого — чтобы попытаться понять, а потом передать эти ощущения команде. Впрочем, сначала надо понять, как люди живут, что они переживают. И я вижу, что у них невероятная сила.

По крайней мере я так вижу и понимаю по своему опыту. Все же я родом из Италии. Возможно, у нас есть другие проблемы, но не сравнимые с Украиной, которая находится в состоянии войны.

И поэтому видеть силу, которую имеют люди, чтобы двигаться вперед каждый день, для меня является еще одним поводом мотивировать команду. Я хотел бы передать как можно больше этой энергии своему составу.

— Есть игроки, которых в прошлом не очень часто вызывали в национальную сборную, но в отношении которых у вас есть планы? По каким критериям вы планируете отбирать состав в национальную сборную?

— Это группа, некоторых игроков я уже знаю, потому что видел, как они практически росли пять лет назад. Они были еще совсем молодыми, были в начале своей карьеры. И многих из них я сегодня вижу уже как важных игроков.

Так что многих я имел счастье знать, но я обязательно должен расширить свои знания о многих украинских игроках, которые играют в Европе и в украинской лиге. Безусловно, я хочу попробовать увеличить возможности выбора.

Сейчас, возможно, я делаю выбор на основе своих знаний, но поскольку мы находимся на таком этапе сезона, когда сезон почти подходит к концу, у меня не так много времени, чтобы посмотреть на них вживую в матчах. Поэтому приходится немного полагаться на видео, хотя я хотел бы видеть их вживую.

Поэтому моя самая важная задача, которая начнется в июле и августе, когда стартуют новые сезоны, будет заключаться в том, чтобы еще лучше узнать тех игроков, которых я недостаточно знаю.

Что касается критериев, конечно, есть технический критерий. Каждый тренер старается в национальной сборной выбрать, если может, игроков, которые могут сделать твои идеи более реалистичными. Поэтому характеристики могут быть важны при выборе.

Я хотел бы иметь очень-очень мотивированных игроков. Хотел бы, чтобы когда я вызываю футболистов, они с нетерпением ждали этого момента, имели желание попасть в национальную сборную.

Я все время говорю это ребятам: для меня сборная не закрыта. Наоборот, она открыта для всех — для всех игроков украинского чемпионата.

Вы видели меня с моим ассистентом: я просматривал некоторые документы, а он смотрел на игроков. То есть футболистов, которых сейчас нет в этом списке. Игроков, которые, возможно, менее известны, но просто еще не имели возможности.

Я хочу посмотреть на них. И, конечно, сейчас не могу знать, мотивированы ли они. Могу только предполагать. Но я хочу, чтобы тот, кто приходит сюда, имел очень сильную мотивацию.

Если я вижу, что тот, кого здесь нет, более мотивирован, я отдаю предпочтение взять именно его. Это один из параметров, на который я хочу делать ставку.

— Можем ли мы назвать несколько имен заранее? Тех футболистов, которые войдут в состав команды?

— Мы смотрим на игроков. И не только на тех, кто в Украине, потому что, возможно, есть также футболисты из других чемпионатов, которые считают, что они немного дальше от страны — по профессиональным или другим причинам.

Но мы стараемся как можно больше расширить поиск игроков, следить за ними, поэтому конкретных имен на данный момент нет.

Могут быть определенные позиции, на которые мы стараемся обратить немного больше внимания, исходя из того, где мы менее обеспечены количеством. И поэтому, возможно, мы ориентируемся немного больше на определенные зоны, где хотим увеличить выбор.

— Расскажите о своем техническом штабе. Кто входит в его состав и по какому принципу вы его формировали?

— В этом федерация была очень близка ко мне и предоставила мне полную свободу. Я тесно сотрудничаю с техническим директором федерации, который сейчас очень помогает мне завершить комплектацию некоторых должностей в штабе — переводчика, видеоаналитика, то есть некоторых важных фигур, на которых я полагаюсь из-за их опыта и знаний.

Мой коллега, которого я хотел видеть рядом, — это мой помощник, итальянец Паскуале Каталано. Человек, которому я очень доверяю. Он не только друг, но и большой профессионал. Имеет опыт, знания. Мы разделяем видение футбола, и он нужен мне именно для того, чтобы помочь как можно лучше передать это команде.

Потом я хотел бы, чтобы остальной штаб состоял из украинцев. Я не хотел брать много других итальянцев. И не потому, что они мне не были бы нужны, а потому, что многих украинцев, которые находятся в этой стране, я уже знаю.

Я хотел бы, чтобы в команде были люди вроде Степаненко. И в этом федерация также поддержала меня, привлекая его к этому проекту. Я четко услышал это по телефону — он был очень вдохновлен.

Для меня Тарас был частью той сборной, о которой мы говорили раньше. Помимо того, что был важным игроком, он был очень важным элементом той команды. Я помню его способность никогда не сдаваться, быть настоящим бойцом и примером для всех.

Я хотел его не только из-за технических способностей, которые, безусловно, могут помочь многим игрокам развиваться, но и потому, что он может передать ценность этой футболки даже самым молодым.

То же самое касается и Езерского, который уже является тренером, был частью федерации, работал в молодежных сборных. Также он уже имеет опыт работы тренером. Это бывший важный украинский футболист, человек с большой энергией и мотивацией.

Есть также тренер вратарей, который уже работал с предыдущим тренером. Лично я его не знаю, но о нем мне очень хорошо отзывались как с личной, так и с профессиональной точки зрения.

Так что я полностью уверен, что федерация, собирая людей вокруг меня, делает это с большим вниманием к деталям. Федерация действительно делает все возможное, чтобы помочь мне. А дальше уже все зависит от нас — от того, как мы наладим работу этого штаба.

— На следующий сбор вызвали 36-летнего Андрея Ярмоленко, который уже давно не принимал участия в матчах сборной. Среди болельщиков и некоторых журналистов ходит предположение, что Ярмоленко не вызывали раньше, чтобы он не побил рекорд голов за сборную, установленный нынешним президентом Андреем Шевченко. Что вы думаете об этой ситуации? Кто решил вызвать Ярмоленко на этот раз?

— Я желаю Андрею Ярмоленко, чтобы он побил рекорд президента. Пусть президент не обижается, но это будет означать, что он забивает голы за сборную. Нет, я так не думаю. Конечно, я не могу знать причин, по которым предыдущий главный тренер не вызывал его, но не думаю, что причина именно в этом. Напротив, я почти уверен, что это не так.

Прежде всего я не думаю, что президенту нужно объяснять, каким футболистом был Андрей Шевченко. Думаю, он бы первым обрадовался, если бы какой-то украинский футболист его превзошел. Рекорды существуют для того, чтобы их били.

Что касается меня и того, почему я его вызвал, то я не дурак. Я знаю, что Андрей Ярмоленко уже не тот, что пять лет назад. Это знает и он сам, потому что он очень умный человек. Конечно, он уже не тот с точки зрения физической формы, хотя чувствует себя хорошо, травм нет. Но это нормально — с возрастом ты теряешь немного силы, интенсивности, физической энергии, которая, возможно, позволяет выдерживать матч все 90 минут. Теряешь немного скорости.

Но то, чего ты никогда не теряешь, — это голова. Голова — это то, что не имеет возраста у спортсмена. И он, помимо того что был очень технически эффективным в молодости, также был очень эффективным в том, чтобы быть личностью на поле. А это не имеет возраста.

Я с ним разговаривал, почувствовал, что он очень мотивирован. Посмотрел ему в глаза и знаю, что он отдаст свой максимум. Я не могу просить его бегать по флангу, как раньше, сто раз за матч — это было бы ошибкой. Но я требую от него того, что есть внутри: решительности, агрессивности, личности, лидерства. На мой взгляд, это очень важно.

И напоследок скажу: я уважаю его как футболиста. Если мне придется его заменить — я заменю без проблем. Если выпускаю его с первых минут — значит, он этого заслуживает. Если не выпускаю — значит, играет другой. Но я знаю, что он будет уважать мои решения так же, как и я уважаю его. Поэтому я не боюсь управлять им.

В это окно я хотел снова его оценить, пересмотреть, пообщаться с ним, а дальше — посмотрим. Надеюсь, что он будет в отличной форме и в сентябре. А если потом я его не вызову, то это может быть по тысяче других причин. Я не знаю, что будет в сентябре, но сейчас я доволен таким положением вещей.

— Может ли он стать тем твердым и сильным лидером, в котором так нуждается команда, особенно когда есть много молодых футболистов? Таким себе старшим братом, который может сказать твердое слово, когда это нужно? Потому что, на мой взгляд, вы довольно деликатный человек, который не вступает в конфликты.

— Здесь есть две вещи. Может ли это делать Ярмоленко? Конечно. Но я хочу, чтобы росли все игроки, чтобы они поднимали общий уровень — не только технический. Настало время сделать прыжок. Надо становиться взрослыми, брать на себя ответственность, отвечать за свои действия. Нельзя всегда думать, что кто-то другой тебе поможет — Ярмоленко или кто-то еще.

Да, Ярмоленко имеет возраст, опыт и много матчей за сборную. Естественно, что ему хочется быть старшим братом. Но я хочу, чтобы росли и другие. Не нужно ждать, что кто-то все сделает за тебя. Нет — я сам начинаю делать свое.

Что касается того, что я деликатный человек — это правда. Я очень уважаю людей, но также умею быть твердым. Не говорю «жестким», потому что это слово мне не нравится, но я не позволяю никому садиться мне на голову в работе. Особенно не терплю неуважения к людям и непонятных вещей.

Поэтому я не боюсь быть твердым, если нужно. Или повысить голос. Но всегда — с уважением к людям. Мягкая сила и деликатность не означают отсутствия решительности.

— Ваша семья, когда узнала, что вы приедете в Украину, как это восприняла?

— Это было немного неожиданно — для друзей, для мамы. Но я уже бывал в Украине, поэтому для меня все было немного иначе. Кроме того, имея много украинских друзей, я чувствовал и понимал определенные трудности, определенные моменты.

Конечно, я также интересовался у федерации, где можно жить, какие районы являются относительно спокойными с точки зрения войны, хотя это и звучит немного некорректно. Возможно, есть места, где жить немного легче, чем в других районах. Поэтому я много советовался.

Возможно, среди моих близких было определенное удивление, но те, кто меня хорошо знает, понимали, что я приму именно такое решение. Они знают, что во мне есть немного того здорового безумия, которое подталкивает меня делать определенные вещи.

Мой брат знал, что это будет мой первый опыт главного тренера. Моя жена тоже знала. Она тоже приедет сюда жить, и ей придется пожертвовать даже больше, чем мне, потому что ей придется ездить туда-сюда на работу. Но она приедет сюда. И я думаю, что те, кто меня хорошо знает, наоборот — рады этому выбору.

— Сегодня мы во Львове, но когда увидимся в Киеве? Есть планы переехать туда?

— Конечно, я перееду в Киев. Это город, который я люблю. Львов я открыл для себя только сейчас, и он прекрасен. Я не знал его так хорошо, но он мне очень нравится. Это город, приспособленный к человеку, где ты чувствуешь себя как дома уже через несколько часов или несколько дней.

Но Киев для меня — необыкновенный город. Я буду жить во Львове как дома, ищу здесь жилье. Но в Киев — будь то на просмотр матчей или на встречи в федерации — я спокойно буду приезжать.

Его величие и размах поразили меня. Живя в Милане, я привык к большим городам с парками и огромными проспектами. И мне очень нравится Киев. Когда я приехал в Украину и провел там несколько дней, то увидел город с дополнительными шрамами, но в то же время — красивый и сильный.

Именно так: со стадионом имени Лобановского, легендарным «Динамо», родным городом Андрея Шевченко — и, в определенной степени, уже моим тоже.

Екатерина Нестаренко