Осознаю, что много букв. Но тем не менее с удовольствием прочитал данную статью
http://www.sports.ru/tribuna/blogs/myalbion/210628.html
Вполне возможно, что подобной статистики как раз и не хватает нашему клубу. Безусловно, не стоит зацикливаться на на одном лишь анализе, но и игнорировать его нельзя – это достаточно полезный инструмент, который может помочь избежать больших ошибок при правильном применении.
На наших глазах в английском футболе происходит революция, незаметная для журналистов и болельщиков, утверждает Саймон Купер, автор «Соккерномики» и «Врагов футбола». Трансферной политикой команд управляют никогда не игравшие в настоящий футбол компьютерные зануды, сидящие в клубных офисах. Бум статистического анализа, разразившийся на Альбионе – в переводе статьи Купера для «Financial Times».
Недавно я посетил тренировочную базу «Манчестер Сити», что расположена в местечке Кэррингтон, Большой Манчестер. Когда семья Абу Даби купила клуб, шейхи наняли для команды целую бригаду информационных аналитиков. Их возглавляет вежливый человек с волосами песочного цвета - Гевин Флейг, ради беседы ним я и отправился в Кэррингтон. За пределами деревушки вряд ли кто-то слышал о Флейге, тем не менее, он – один из главных рычагов статистической революции, которая на наших глазах вершится в английском футболе. Хитрые показатели и специальные коэффициенты, неизвестные футбольной общественности и средствам массовой информации, все больше влияют на принимаемые клубами решения. И в первую очередь, на решения о покупке и продаже игроков. Этим летом трансферным рынком будут управлять серые кардиналы – неведомые и непонятные кабинетные аналитики.
Для начала Флейг устраивает мне профессиональную презентацию а-ля специалист инвестиционного банка. Недавно «Сити» обзавелся статистикой по каждому игроку в премьер-лиге, и Флейгу не терпится продемонстрировать возможности базы. Представьте, предлагает он, что вам нужен атакующий полузащитник – с точностью паса около 80%, подтвержденной в приличном количестве матчей. Флейг заносит в компьютер оба критерия. На экран выплывают портреты футболистов с соответствующими параметрами – их можно сосчитать на пальцах руки. Первые двое – Сеск Фабрегас из «Арсенала» и Стивен Джеррард из «Ливерпуля», и без статистики все представляют их уровень мастерства. Но за ними появляется лицо Кевина Нолана из «Ньюкасла» – вот и неожиданность. Это не значит, что нужно немедленно слать факсы с предложением в офис «сорок», но, возможно, к Нолану стоит присмотреться.
Наконец, после нескольких фальстартов аналитики в английских клубах научились выуживать из общей массы действительно ценные показатели. Флейг говорит об одном из таких: «Все команды из первой четверки более точны в передачах у чужой штрафной по сравнению с остальными. С приходом в клуб Карлоса Тевеса, Давида Сильвы, Адама Джонсона и Яя Туре, наше владение мячом на этом участке увеличилось на 7.7%».
Отнюдь не каждый статистический показатель влияет на трансферную политику, предупреждает Флейг. У некоторых клубов опыт применения аналитики значительно выше, чем у «Сити». Недавно я встречался с флагманами цифровой революции, и был потрясен, как далеко они продвинулись. «Сегодня мы можем использовать порядка 32 миллионов показателей, замеренных в 12-13 тысячах матчей», – говорил директор по эффективности «Челси» Майк Форд, когда одним февральским утром мы с ним сидели на пустынной трибуне «Стэмфорд Бридж». Футбол все больше полагается на научный подход.
Попытки применить статистику для анализа выступления футболистов возникали с тех пор, как появились первые персональные компьютеры. Одним из пионеров направления был будущий тренер «Арсенала» Арсен Венгер, дипломированный экономист и математик-любитель. В конце 80-х, когда «Профессор» работал с «Монако», он использовал для этих целей программу под названием Top Score, написанную одним из его друзей. Другим новатором стал украинский специалист Валерий Лобановский на позднем этапе карьеры. Когда я был в Киеве в 1992-м, профессор Анатолий Зеленцов, карманный ученый Лобановского, давал мне поиграть в компьютерные программы, которые в «Динамо» создавали для тестирования игровых ситуаций. Когда Лобановский говорил, что команда, которая ошибается не более чем в 15-18% действий, непобедима, он не гадал. Эти цифры вывела группа Зеленцова.
По мнению немца Кристофа Бирманна, автора «Футбольной матрицы» – первой фундаментальной книги об аналитике, прорыв случился в 1996 году, когда компания Opta Index начала собирать статистику матчей в английской премьер-лиге. Тогда у клубов появилась информация о том, сколько километров игрок пробегает за матч, сколько он отдает передач и совершает подкатов. За «Оптой» на рынок вышли и другие компании. Футбольные менеджеры начали обращать внимание на статистику. В августе 2001-го тренер «Манчестер Юнайтед» Алекс Фергюсон внезапно продал защитника Япа Стама в римский «Лацио». Этот шаг удивил многих. Кто-то считал, что дело в откровенной автобиографии, которую только что опубликовал Стам. Но на самом деле, хотя Фергюсон никогда публично не признавался, причина трансфера была в статистике защитника. Просматривая цифры, Ферги заметил, что голландец стелется в подкатах реже, чем раньше. Тренер предположил, что 29-летний футболист стареет и продал его.
Впоследствии Фергюсон признал, что ошибся. Как и многие на заре футбольной статистики, менеджер неверно интерпретировал полученную информацию. Стам был далек от завершения карьеры: он провел несколько отличных сезонов в Италии. А продажу Стама можно считать вехой в футбольной истории – первый трансфер на основании статистики.
В «Арсенале» нашли другое применение цифрам. Арсен Венгер как-то признался, что наутро после игры его тянет к электронным таблицам, как алкоголика – к бутылке. В 2002-м Венгер начал регулярно заменять форварда Денниса Бергкампа в концовке матчей. Нападающий пришел к тренеру выразить неудовольствие. «На это он показал мне статистику, – продолжает историю Бергкамп. – Смотри, Деннис, после 70 минут ты начинаешь бегать меньше. Скорость тоже падает». Нелетучий Голландец сменил досаду на умиление: «Венгер – профессор футбола!»
Нынешнего наставника «Вест Хэма» Сэма Эллардайса трудно заподозрить в увлечении аналитикой, причина тому отчасти в его внешности и манерах, которыми он маскируют профессионализм. Будучи игроком, Эллардайс провел год в клубе «Тампа Бей» из Флориды и был чрезвычайно впечатлен тем, как в Америке наука, и в частности статистика, поставлена на службу спорту. В 1999 Большой Сэм стал тренером маленького «Болтона». Поскольку он не мог рассчитывать на лучших игроков, он пригласил лучших аналитиков. Среди них были и Майк Форд, и Гевин Флейг.
Эллардайс и его аналитическая группа сумели извлечь пользу из статистики, которая помогала «Болтону» забивать больше так называемых простых голов – с угловых, штрафных и вбрасываний из аута. Флейг рассказывает, что «рысаки» забивали 45-50% всех мячей со стандартов, хотя средний показатель по лиге составлял около 33%. «Мы анализировали для Сэма стандартные ситуации. Вот игрок вбрасывает длинный аут, защитник выносит из штрафной, и куда обычно падает мяч? Вот это место. Отлично – тут его будет караулить наш человек».
В 2003 году цифровая революция получила новый импульс, пришедший с другой стороны Атлантики. Майкл Льюис опубликовал «Манибол», фундаментальное произведение о применении статистических методов в бейсболе, и многих в английском футболе оно заставило призадуматься. «Манибол» рассказывает о том, как генеральный менеджер «Окленд Атлетикс» Билли Бин использует компьютерные методы оценки игроков. Скромный «Окленд» достигает удивительных результатов, и вслед за ним большие бейсбольные клубы начинают брать на вооружение инструментарий Бина и нанимать аналитиков. «Бостон Ред Сокс», которым владеет Джон Генри, применяет методы «Манибола» и выигрывает две мировые серии.
В феврале я встречался с Билли Бином в «Окленд Колизеум». Мы сидели захламленной комнате, которая оказалась раздевалкой «Атлетикс». Бин, которого в фильме «Манибол» играет сам Брэд Питт, хотел поговорить о цифровой революции в соккере. Как и многие американцы в последнее десятилетие, Бин здорово увлечен европейским футболом, он часто смотрит матчи на ветхом диванчике в той же старой раздевалке.
Герой «Манибола» верит, что футбол обязательно будет использовать компьютерный подход все больше и больше. Он объясняет это так: «Допустим, опыт и интуиция помогают принять верное решение в 30% случаях. Если статистический метод поможет увеличить этот показатель до 35%, вы получите преимущество в 5%, которое в спорте может быть разницей между поражением и победой». Если электронные таблицы будут приносить пользу, в конечном счете, все станут смотреть в них, полагает Бин.
Когда Майк Форд из «Челси» проходил обучение на родине Бина в Сан-Диего, он решил совершить паломничество в Окленд, чтобы расспросить гуру о тонкостях применения компьютерного анализа. Первые несколько часов беседы Бин допрашивал Форда о соккере. «Лишь в последние полтора часа я сумел повернуть разговор на его роль в бейсболе», – со смехом говорит Форд. Они с Бином стали друзьями. Другой приятель Билли Бина – француз Дэмьен Комолли, бывший скаут Арсена Венгера. В 2005-м Комолли был назначен директором по футболу в «Тоттенхэм» и начал применять статистические методы в трансферной политике «шпор».
История Комолли на «Уайт Харт Лейн» – типичная детская болезнь цифровой революции. Британский футбол всегда с подозрением относился к образованным людям. Нормальный тренер – это бывший игрок, чье просвещение ограничено школой, которую он закончил в 16 лет. Он управляет клубом, как считает нужным. Он доверяет чутью, а не цифрам. Он не станет слушать помешанного на компьютере француза, который никогда профессионально не играл в футбол. Это как в школе – «качки» никогда не поймут «ботаников». Сегодня ясно, что Комолли раскопал для «шпор» отличных игроков: Луку Модрича и Димитара Бербатова, Аурелио Гомеса и 17-летнего Гарета Бэйла. Но, в конце концов, его уволили.
Ботаникам приходится постоянно отвечать на один вопрос. Да, соглашаются ретрограды, статистические инструменты могут быть полезны для игры, все эпизоды которой имеют четкие начало и конец, то есть для такой, как бейсбол. Питчер бросает, бьющий отбивает – это событие дает массу статистики, которой может жонглировать компьютерный зануда. Но футбол слишком мобильный и изменчивый процесс, чтобы его измерить.
«Это действительно серьезный вопрос. Мы постоянно сами себе задаем его», – отвечает Форд за всех зануд. И кое-какие ответы у них уже есть. Хорошие математики умеют управлять комплексными системами. В футбол играют 22 человека, игра проходит на ограниченном пространстве и подчинена определенным правилам. Не самая сложная, не имеющая аналогов история, по мнению специалистов из штаба Форда, некоторые из которых до футбола занимались моделированием страховых случаев.
В последние годы такая мобильная и изменчивая игра как баскетбол с успехом применяет статистику. «Если метод действует на баскетбольной площадке, то сработает и на футбольном поле», – уверен Бин. Наконец, треть голов в футболе забивается в ситуациях, которые имеют выраженные начало и конец, то есть с угловых, штрафных, вбрасываний из аута и пенальти – их можно анализировать, как подачу в бейсболе.
Многие футбольные решения в клубах сегодня принимаются иррационально, особенно в области трансферов. Например, голкиперы играют больше и дольше форвардов, но стоят дешевле и меньше получают. Клубы стараются покупать высоких игроков, но в действительности чаще используют тех, кто меньше ростом – понимание переоценки размера приходит с опозданием. Всегда ли менеджер может ответить на базовый вопрос: с какими игроками на поле мы добываем больше очков?
За полтора миллиона фунтов, которые ежегодно нужно заплатить усредненному футболисту в премьер-лиге, можно нанять тридцать аналитиков, которые помогут управлять трансферными решениями рационально.
Однако в футболе существуют скептические настроения по отношению к научному подходу. «Если менеджер является традиционалистом, аналитику будет сложно принести команде пользу, каким бы высоким уровнем знаний он ни обладал», – уверен Майк Форд. Директор по эффективности «Челси» выглядит по-футбольному: седеющий джентльмен в хорошем костюме и с провинциальным акцентом. Такая внешность помогает ему продавать футбольную аналитику тренерам старой школы. В других же клубах зануды в костюмах и очках только начинают набирать силу. Сейчас, вероятно, каждая команда премьер-лиги обзавелась собственным аналитиком, однако часто эти специалисты сидят в отдаленных кабинетах и не допускаются к главному менеджеру.
Вот поэтому компьютерное восстание началось с тех клубов, где тренеры привыкли доверять цифрам. Первыми были «Арсенал» и «Болтон» времен Эллардайса, они начали подходить к игрокам с теми же инструментами, с помощью которых финансовые инвесторы оценивают фьючерсы на скот и мясо. Например, возьмем покупку Болтоном» 34-летнего центрального полузащитника Гари Спида в 2004-м. На первый взгляд Спид был старым. Но Флейг и его команда сравнили физические кондиции Спида с данными игроков того же амплуа, находящихся на пике карьеры, то есть с Джеррардом, Лэмпардом и т.д. Как оказалось, Спид отлично переносил «джеррардовский» уровень физических нагрузок, и не знал спадов на протяжении двух предыдущих сезонов. Ботаники доложили Эллардайсу: «Вы знаете, возраст не будет проблемой». Спид играл за «Болтон» до 38.
Лучшие аналитики всегда признавали, что извлекаемые ими данные могут только поддержать решение о покупке или продаже игрока, но они не могут лежать в основе решения. Бирманн в «Футбольной матрице» рассказывает историю о том, как Арсен Венгер в 2004 искал наследника Патрика Виейра. Француз хотел приобрести игрока, который сможет контролировать значительную часть поля. Сканируя данные из различных европейских лиг, он обнаружил никому не известного тинэйджера по имени Матье Фламини, который пробегал по 14 км за матч. Но одного этого показателя недостаточно. Куда и зачем бегает Фламини? Он умеет играть в футбол? Венгер отправился на просмотр, узнал все, что хотел, и купил полузащитника за смешные деньги. Фламини расцвел в «Арсенале» и позднее ушел в «Милан».
Руководители, которые больше доверяют чутью, чем цифрам, могут допускать эпические промахи. В 2003 году мадридский «Реал» продал в «Челси» Клода Макелеле за 17 млн. фунтов. Казалось, английский клуб переплатил за 30-летнего полузащитника оборонительного плана. «Мы не жалеем об уходе Макелеле, – говорил президент «Мадрида» Флорентино Перес. – У него посредственная техника, ему не хватает скорости, он не может обводить соперников. 90% его передач идут назад или поперек. Он не играет головой и редко отдает мяч дальше, чем на три метра. Наши молодые игроки быстро заставят болельщиков забыть о Макелеле».
Критика Переса была в чем-то справедливой, но, в целом, «Мадрид» допустил трансферную ошибку. Макелеле провел пять отличных сезонов в «Челси» и даже дал собственное имя новому амплуа. Если бы в «Реале» работали аналитики, то они смогли бы обнаружить то, что делало Макелеле таким уникальным. У Форда есть объяснение: «Большинство игроков максимально активны, когда их действия направлены на ворота соперника. И лишь немногие работают с высокой отдачей, двигаясь к собственным воротам. 84% времени, когда Клод трудился наиболее интенсивно, приходилось на ситуации, когда мячом владел соперник, и этот показатель был у него в два раза выше, чем у любого другого в команде».
В общем, если вы смотрели игру, то могли не заметить работу Макелеле. Если вы смотрели статистику, вы знаете, чем он занимался. Столь же обманчиво выглядит Яя Туре из «Манчестер Сити». Его громоздкая манера бега может ввести в заблуждение – он кажется медленным. Цифры скажут вам обратное. «Внешнее впечатление может обманывать, – считает Бин. – Некоторые доверяют собственным глазам больше, чем статистике. Но я не покупаю это. Я вижу собственными глазами, как фокусник достает кроликов из шляпы, но я же знаю, что кроликов в ней нет».
До середины 2000-х футбольные аналитики часто переживали разочарования из-за того, что многие данные, которым они доверяли годы, оказывались бесполезными. Статистические конторы подсчитывали количество передач и подкатов, а также преодоленные километры. Однако все цифры, которые вываливают на нас во время телевизионных трансляций, мало что означают. Форд припоминает, как долго они искали смысл в информации о дистанции, которую пробежал футболист. «Мы старались найти связь между километражем и победами. Ответ был неизменным – корреляции нет».
Количество подкатов – это тоже слабый показатель. Подкат был редким приемом в арсенале великого итальянского защитника Паоло Мальдини. «Он совершал один подкат каждые две игры», – подтверждает Форд. Мальдини умел точно выбирать позицию, поэтому ему не нужно было стелиться в подкатах. Показатель, из-за которого Фергюсон продал Япа Стама, взятый в одиночку ничего не обозначает. «Я присутствовал на многих совещаниях тренерского штаба в «Болтоне», и сегодня ужасаюсь тому, что мы бились с командой над теми показателями, которые ныне считаем несущественными», – говорит Майк Форд. Ему вторит и Гевин Флейг: «Нам следовало бы обращать внимание на что-то более важное».
Сейчас фокус смещается в этом направлении. Аналитики выделяют показатели, которые имеют значение. «Многие из них – это наше ноу-хау, – говорит мне Форд. – Мы храним информацию в тайне – она принадлежит клубу, который поддерживает наши исследования». Отдельные находки все же становятся достоянием общественности. Например, чем измерять километры, которые пробегает игрок, следует обращать внимание на расстояние, которое преодолевается на максимальной скорости. «Существует корреляция между количеством таких спринтов и победами», – делился со мной в 2008-м Даниэле Тогначини, ведущий тренер по физподготовке «Милана».
Поэтому Флейга так заботят показатели так называемой «работы на максимальной отдаче». Аналитики измеряют этот параметр по-разному, но в целом, по словам Флейга, он заключается в способности игрока достигать скорости, равной семи метрам в секунду. Если в клубе позаботятся об измерении этого параметра, то они никогда не повторят ошибку «Ювентуса», который в 1999 году продал Тьерри Анри в «Арсенал». «Для Анри ничего не стоило развить скорость 7 метров в секунду», – говорит Флейг с восхищением. Француз достигал этого показателя практически в момент начало бега.
Не менее важно воспроизводить эту скорость снова и снова. Карлос Тевес, маленький форвард «Ман. Сити» работает, как заводная кукла. Он делает рывок, затем короткая пауза, и снова спринт. «Мы можем планировать прессинг соперника в зоне нашей атаки, потому что статистика подтверждает, что Карлос способен делать это на протяжении 90 с лишним минут», – говорит Флейг.
Помимо отделения спринта от другой беготни, необходимо различать полезный пас и пустую игру в квадрат. Флейг выводит на экран компьютера список игроков «Сити», ранжированный по количеству голевых шансов, создаваемых ими. Хит-парад с отрывом возглавляет Давид Сильва – он на 33% опережает ближайшего партнера по количеству результативных передач.
Процесс анализа упрощает сравнение игрока с игроком, клуба с клубом. Например, «Уиган» в последнее время много пропускает после навесов – больше, чем любая другая команда премьер-лиги. Если вам предстоит игра с подопечными Роберто Мартинеса, это полезно знать.
Цифровая революция постепенно захватывает клуб за клубом. Компьютерный фанатик возглавляет «Арсенал» уже 15 лет. Прошлой осенью другой английский гранд перешел в руки апологетов статистического анализа – владелец «Бостон Ред Сокс» Джон Генри купил «Ливерпуль». В 2002-м Генри пытался нанять для «Бостона» Билли Бина, в Мерсисайд он пригласил Дэмьена Комолли, чтобы он воплотил «Манибол» на футбольном поле.
Сидя в офисе «Ливерпуля», Комолли часто общается с отцом «Манибола», находящимся за 5000 миль от него. Как говорит Билли Бин, «Дэмьену можно звонить в любое время. Если я пишу ему мэйл, то утром получаю два в ответ. Потом он присылает сообщение: «Привет, я смотрел игру «Окленда» на компьютере». Парень никогда не спит». Комолли несет ответственность за комплектование команды. Он утверждает, что трансферам Энди Кэрролла и Луиса Суареса, стоивших «красным» суммарно около 60 млн. фунтов, предшествовал тщательный статистический анализ.
Пока революция проходит первую стадию. Флейг считает, что ее будущее за социограммами: кто кому отдает передачи, кто обычно начинает результативную атаку команды. Например, за последнее в «Барселоне» отвечает Хави. Если вы знаете зоны, куда он отдает ключевые передачи, можно попытаться их блокировать.
Есть один человек, который думает о будущем футбольной статистики больше, чем кто-либо другой. Это директор по эффективности «Окленд Атлетикс» Фархан Заиди, выпускник экономического факультета Массачусетского технологического института. Заиди обладает недюжинным чувством юмора, такого персонажа скорее ожидаешь встретить в баре, чем в профессиональном клубе. В рабочее время Заиди колдует над электронными таблицами. Но они с Бином проводят немало свободного времени в «Колизеуме», болтая о своих увлечениях – британском футболе и британской группе «Оазис». В 2006-м в разгар бейсбольного сезона Бин и Заиди ездили в Германию на Чемпионат мира по футболу. «Мы с Билли проводим столько времени вместе, что если бы говорили только о статистических показателях из электронных таблиц, то давно бы поубивали друг друга», – смеется Заиди.
Поскольку директор по эффективности «Окленда» знает, к чему привела компьютерная революция в американском бейсболе, он может прогнозировать, что случится с европейским футболом. Главным достижением, святым Граалем аналитики, по его мнению, должен стать показатель, который Заиди называет «повышением вероятности гола». Этот коэффициент будет демонстрировать, насколько действия отдельного игрока увеличивают (или уменьшают) шансы команды забить. Я спрашиваю Заиди, возможно ли, что в один прекрасный день комментатор скажет нам нечто вроде: «Луис Суарес повышает вероятность гола на 0,60, а коэффициент ПВГ Кэрролла только 0,56».
«Я считаю, что примерно так и будет, – отвечает Заиди. – В бейсболе это уже происходит. Мы сейчас можем рассуждать об игроках в таких терминах, о каких и мечтать не могли 10-15 лет назад».
И тогда, наконец, ботаники возьмут у качков заслуженный реванш.
Олег Романцев: «Заменить противостояние «Спартака» и «Динамо..
Владимир Бессонов: «Пусть мы постарели, но футбол всегда ост..
ExplorerYG_fkDK
